Итак, когда священник на богослужении возвещает «мир всем», это не пожелание прихожанам пушкинского «счастья» – «покоя и воли», – но призыв к боеготовности: полной концентрации и подчинению всего своего существа высшему порядку. А приветствие апостолов «мир дому сему» можно вообще расценивать как пропаганду христианской Империи еще до ее историко-политического проявления. И теперь окончательно проясняется смысл фразы, о которой ранее я уже рассуждал: «Имейте в себе соль и мир имейте между собою», – «соль» и «мир» семантически пересекаются именно в значении порядка, формообразования.

Обращаясь наконец к лингво-символическому методу, можно сказать, что есть мир, связанный с матерью (la mere, Мара), материей (Меркурий), смертью-мором, миражом-маревом, мраком-мороком, сном (Морфей), безумием (маразм), мойрами, морем, торговлей (market, mercantile), мартышкой и Америкой, а есть мир, связанный с героической мужественностью (Марс, maritus) и браком (marriage), мерой и формой (morfa), светом (мерцание, мрамор) и пробуждением (morgen), милосердием (mercy) и достоинством (meritas), чудом (miracle), миром помазания (особенно царского), мерином и Римом (прямая инверсия «мира») – понимающему не покажутся странными эти символьные цепочки и, напротив, многое откроют.