«Екатерина и ее тарелочники» – так я назвала картину Николая Сажина, изображающую финансовые траты императрицы на своих любовников, которую, как вчера выяснилось, обсуждали на мартовских уроках истории в школе дочки. Вместе со сплетнями, связанными с образом жизни императрицы и ее смертью в уборной. И тем исключительным фактом?, что, как только Екатерина оформляла официальные отношения с фаворитом, их любовные отношения прекращались.

Оригинал написан в 2005 году и находится (как будто) в нашем любимом (благодаря мультику) музее современного искусства Эрарту, но я ее не помню, хотя за год мы побывали там три раза.

Даже не знаю, как прокомментировать, ибо в этом кейсе забавляет абсолютно все:
⚡️общественный запрос и мужская ревизия трат императрицы на фаворитов вместе с художественной репрезентацией данных (лучше бы посчитали сколько детей и взрослых живут в нищете, пока властители выбирают «пушки вместо масла»);
⚡️обсуждение дворцовых и исторических сплетен на школьных уроках в современной московской школе;
⚡️изысканность антисемейных «скреп» и вариантов партнерских отношений, которые осели в головах школьников, благодаря такой виртуозной подаче информации.

В общем за такие уроки историчке можно простить регулярную борьбу с детьми, которые выбирают злящую ее одежду. Но я пока не готова это делать, ибо не могу смириться с тем, что устные претензии часто не бьются с утвержденным положением «о внешнем виде учащегося», кроме того, что я не считаю, джинсы реальной проблемой, с которой надо так отчаянно бороться.

Еще вспомнила, что именно эта учительница разбирает с детьми песни Цоя и фильмы с Цоем, фантастика, не так ли?