Нарративы о родах я собираю с 2017 года, практически сразу, как только мои преподаватели Центра типологии и семиотики фольклора РГГУ подобрали и утвердили подходящую полевую тему для защиты магистерской: «Рассказы о родах и родовспоможении в современной городской культуре». 

Тема пришла ко мне неожиданно, в силу странного стечения обстоятельств, как это часто бывает в моей жизни, связанных в том числе с отменами, отказами и нарушением запретов.

Сама идея пришла через Никиту Петрова, который скептически отнесся к моему выбору исследования полесских текстов о светилах и звездах и доброжелательно уточнил, какими работами (например, на Рутении) я была вдохновлена на тот момент. Кажется, как раз накануне я прочитала (скорее даже перечитала) диссертационное исследование ученицы Сергея Юрьевича Неклюдова Екатерины Белоусовой (и ряд других ее статей) про вербальную коммуникацию в постсоветских роддомах и родовую боль. Мы тренировали навыки академического рецензирования на спецкурсе с Митей Николаевым. И мудрая команда преподавателей ЦТСФ во главе с великим Сергеем Юрьевичем Неклюдовым благословила меня в полевой и академический путь. Ольга Борисовна Христофорова стала научным руководителем моих полевых и семиотических штудий.

Честно говоря, я несколько смягчила и упростила некоторые факты, но не все)) Ни мне, ни моим учителям не было легко и гладко со мной, как мне кажется. Достоверно то, что я действительно горжусь своим опытом обучения в ЦТСФ на Миусской площади дом 6. Чего стоят одни только вечерние семинары в Поливалентной, кроме того, что мы были слушателями уникальных авторских курсов в рамках основной магистерской программы. Надеюсь, что мои преподаватели (подавляющее большинство, кроме наверно иноагента Саши Архиповой, которая исторически против), хотя бы в тайне гордятся моими успехами.

Все мои образовательные треки были возможны исключительно благодаря безусловной поддержке моих родителей. Они никогда не осуждали мои академические рывки и не требовали возврата вложенных усилий.
В сюжете с РГГУ именно отец заменял меня по понедельникам и средам, забирая детку из садика, кружа по третьяковским кружкам, октябрьской библиотеке и шаболовским детским площадкам. (По четвергам на непрофильные предметы ребенка я брала с собой). В свои 80 лет он продолжал активно трудиться на Жуковский ЦАГИ, летал в командировки, проводя испытания самолетов, и всегда был рядом с нами, видимой и надежной опорой.
Папы нет уже целых 5 лет и 8 месяцев, а дальневосточный багульник, который он привез из командировки, цветет на даче. Мы любуемся и плачем, вспоминая папу и его путь. Мама направила мне необыкновенные фотографии и странной размытостью (как после слез) смогла, как мне кажется, передать нашу тоску и безграничную любовь к папе и дедушке.