"Как он, раскладываю цепочку ощущений на составляющие, как он, наношу на них глазурь эпитетов, и размазываю их, и растягиваю на расстояние фразы, и эта словесная мелодия обращает трапезу в заклинание факира, заставляющее читателя поверить, что и он ел вместе с нами…"

Что делает Хотинская — нейтральные глаголы французского языка она превращает в стилистически окрашенные русские эквиваленты, иногда прибегая к употреблению целых словосочетаний. Enrober становится "наносить глазурь эпитетов" (mais quelle beauté linguistique !); distendre — "размазываю их", что ассоциируется у читателя именно с готовкой. Восхитительнее всего тут то, что, опираясь на конец приведенной выше цитаты, переводчица создает рекурсию, направленную на русскоязычного читателя. В оригинальном тексте есть намек на стилизацию, но он все-таки остается намеком, и лишь Хотинская заставляет "читателя поверить, что и он ел вместе с нами…" Мы должны отдать честь этому полету фантазии, являющемуся выражением индивидуальной воли переводчицы.

💛Такую же изобретательность можно заметить при переводе речи кота главного героя (да-да, не удивляйтесь, в романах Барбери заговорит даже мертвый). Каков домашний кот? Это существо самодостаточное, гордое, упивающееся удовольствиями и безразличное ко всему, что происходит вокруг, — одним словом, царь! Властители мира, пресыщенные наслаждениями, изнежены и усталы. Они "разваливаются" на дорогих перинах, "потягиваются", "нежатся". Такую палитру смыслов использует Барбери, описывая кота:

" Voilà, je me prélaaaaâsse tel un prélat un peu las, haha... Quel style félin ! "

Prélasser — бездельничать, глагол, созвучный со словом prélat (прелат, священнослужитель). Las обозначает усталость, утомление и скуку (всегда вспоминаю стихотворение Верлена под названием " Lassitude ", где декадентская изнеженность достигает своего пика).

"Я лежу разваля-а-ась, как восточный кня-а-азь, персидский ша-а-ах, а-а-ах… Каков кошачий стиль!"

Мало того, что Хотинская сохраняет смысловую доминанту и рифмованную структуру фразы, она делает её ближе к русскоговорящему читателю. Не являясь католиками, мы бы хоть и поняли игру слов, связанную с прелатом, но не ощутили бы удовольствия из-за слишком большой культурной дистанции. Однако кто из нас не вырос на собрании сказок под названием "Тысяча и одна ночь"... К слову, "ша-а-ах, а-а-а-х" звучит даже лучше, чем " haha " в конце французского пассажа!

💙Вообще, переводчица тонко ощущает, где при работе над иностранным текстом стоит сохранить национальные реалии, а где следовало бы дать русский эквивалент:

" Faut pas croire que tous les clochards sont socialos et que la pauvreté, ça rend révolutionnaire ".

Почему бы просто не перевести clochards как бомжи, перевести и упустить возможность поиграть с умом русскоязычного читателя? Во-первых, за словом клошар закрепилась слава именно парижских бомжей, а действие романа Барбери происходит в Париже. Во-вторых, контекст главы и даже приведенной выше цитаты отсылает нас к истории Франции, к революционному духу и связи между прошлым страны и современностью. А ведь даже спустя два с лишним века со времен французских революций, общество осталось расколотым, разделенным на катастрофически богатых и восхитительно бедных... Может, это имели в виду Барбери и Хотинская? Так или иначе, вот перевод:

"Напрасно думают, будто все клошары социалисты и бедному прямая дорога в революцию".

Если Вам приглянулись мои мысли, напишите своё мнение в комментариях!

#traduction