Уплотняя сюжет, Михайлик использует его как вертикаль, вокруг которой собирается стихотворение. Предположение о развитии сюжета работает как ожидание рифмы. Как и с рифмой, это требует небольшого промежутка между предположением и событием, угаданным или нет. Именно сжатие сюжета кристаллизует эту вертикальную структуру. Вставки создают контраст — в них есть рифма, но нет развития сюжета, только суперпозиция возможностей: ворон доберется или не доберется, Кэрнс существует или нет, кукушка на кусте или в зеркале (не одновременно, о чем ниже).

Предсказание, совпадающее точно или неточно с событием, подобно рифме. Сюжет о конце света — это сюжет об отмене всех сюжетов. Для кукушки-прорицательницы, традиционно предсказывающей продолжительность жизни, это не просто катастрофа, это отмена и обесценивание ее предсказаний, утрата языка.

Фантастика, особенно русскоязычная, часто рассматривает моральные коллизии в экстремальных условиях. Жертв войны, конечно, невозможно вернуть, но есть много других ситуаций, когда “почти поздно”, но можно взглянуть в зеркало и постараться “вернуть все как было”.

#комментарий_Дмитрия_Гуревича