Продолжим?

Как блогер, Валерия Чекалина прошла через ад: несколько лет без интернета, без контакта с аудиторией, без возможности прямо ответить на нападки. Для большинства такие обстоятельства приводят к медийной смерти. Но ее имя не уходит ни со страниц СМИ, ни (что самое важное) из комментариев и постов обычных пользователей.

По данным рейтингов СМИ за первую половину 2026 года, Лерчек входит в топ-10 самых обсуждаемых звезд. Ее индекс цитируемости взлетел до небес не только из-за скандалов. Парадокс: пока одни критикуют (Поплавская, Малиновская, Кушанашвили) , другие — пишут слова поддержки. И это не просто зеваки.

Пока Лера была в информационной блокаде, её место занял «контент молчания». Преданные подписчики следили за блогом её возлюбленного Луиса, изучали ассортимент её нового бренда, генерили контент своими руками. Они создавали обсуждения там, где не могла появляться она сама. В соцсетях эти упоминания в комментариях показывают феноменальную вовлеченность — люди ждали возвращения «своей» героини. Обратная сторона медали, моего прошлого поста.

Но что ей делать сейчас, когда приговор вынесен, на три года запрещена работа в интернете? А штраф в 700 млн никто не отменит.

Как маркетолог я вижу два инструмента. В той мере, в какой это позволит ей закон и наложенные ограничения. Делать ставку на UGS (User Generated Storytelling). Это эволюция привычного UGC. В 2026 году доверие аудитории строится на историях реальных людей . Сейчас фанаты Лерчек пишут её историю за неё. Её задача — не мешать, а направлять. Вернуть условную «стену в ВК», как точки для вдохновения, где подписчики делятся, как продукция нового бренда помогла им. Только стена не одна, это блоги тысяч пользователей. Когда аудитория сама становится микро-амбассадором — это дает конверсию на 40% выше, чем профессиональная съемка.

Делать ставку на офлайн-инфоповоды. Запрет на интернет-деятельность не касается физического мира. Нужно создавать события, о которых будут писать СМИ и соцсети за неё. Устроить благотворительный забег или аукцион в поддержку онкобольных, где она появится лично? Это не просто новость — это мощный эмоциональный отклик и контр-аргумент критикам. Она не может вести страницы в сети, но другие могут писать о ней.

Личный бренд Лерчек всегда строился на аутентичности. Сейчас, несмотря на запрет ведения блога, она может «физически» участвовать в жизни сообщества (встречи, закрытые ивенты), о которых потом будут писать другие. Парадокс в том, что офлайн-события сегодня дают больший онлайн-охват, чем обычные посты.

Сейчас её будущее зависит не от алгоритмов соцсетей, а от способности использовать свою преданную аудиторию как генераторов контента и создавать инфоповоды, которые мир захочет обсудить.

И есть второе направление. О нем завтра.

Ставьте ⚡️, если вы пришли бы на мероприятие Лерчек, и 🤷‍♀️, если нет