Код молчания

Еврокомиссия ответила на петицию 1,3 млн граждан о сохранении видеоигр — законодательных обязательств не будет. Вместо закона предлагают «диалог с индустрией».

Полтора года сбора подписей, публичные слушания, дебаты в Страсбурге — всё завершилось пресс-релизом на полторы страницы. Еврокомиссия «обязуется» инициировать обмен мнениями с издателями и представителями потребителей до конца 2026 года. Цель — выработать отраслевой кодекс поведения по управлению «концом жизни» видеоигр. Добровольный. Необязательный.

Центральный аргумент Комиссии — авторское право. Правообладатели пользуются исключительными правами на свои произведения, и навязывать им юридическое обязательство сохранять игры работоспособными Брюссель не готов. Копирайт, десятилетиями защищавший создателей от пиратов, теперь используется для защиты издателей от покупателей.

Комиссия ссылается на действующую Директиву о цифровом контенте — по ней потребители уже имеют право на «пропорциональный возврат средств», если продукт не соответствует контракту и «разумным ожиданиям». Отчёт о применении директивы обещают до конца года. Вопрос о том, что именно «разумно ожидать» от купленной цифровой игры, ни одна из сторон до сих пор не проверяла в суде.

Французская потребительская ассоциация UFC-Que Choisir в апреле решила это исправить. Иск подан против Ubisoft за отключение серверов The Crew — гоночной игры, которую издатель не просто вывел из продажи, а ещё и отозвал лицензии из библиотек, задним числом превратив покупку в аренду. UFC-Que Choisir, к слову, — не геймерский чат, а одна из крупнейших потребительских организаций Франции с полувековой историей тяжб против Apple, Google и телеком-гигантов.

«Активное применение существующих прав потребителей может стимулировать провайдеров предлагать видеоигры с более долгим сроком жизни» — так Комиссия описывает ожидаемый эффект собственного бездействия. Не обязывает, не требует, не предписывает. Стимулирует.

Архитектура ответа знакома. В 1990-х индустрия отбила регуляторную атаку Конгресса, создав рейтинговую систему ESRB — добровольный стандарт, который снял вопрос о законодательном вмешательстве на тридцать лет. Отраслевой кодекс по «концу жизни» игр — тот же манёвр. Документ, написанный самой индустрией, гарантирующий ровно столько, сколько индустрия решит гарантировать.

Пока Брюссель приглашает к разговору, Сакраменто и Париж действуют. Калифорнийский Protect Our Games Act прошёл нижнюю палату и движется в Сенат. UFC-Que Choisir ведёт дело в суде. Разница в подходах — не стилистическая. Европейская модель отдаёт индустрии право написать правила для самой себя. Судебная и законодательная — пишут их за неё.

Петиция набрала на 30% больше необходимого порога. Одна из старейших демократических процедур Евросоюза сработала безупречно — и выдала рекомендацию обсудить проблему с её источником.

Подписаться на 😅