«Сексуализированное насилие в детстве и подростковом возрасте — это не просто использование тела человека, это уничтожение его психики. Такое насилие подрывает доверие ребёнка к миру, наполняет чувствами вины и стыда, ведь нередко для ребёнка единственным способом как-то осмыслить происходящее с ним становится самообвинение («если со мной такое делают, значит, со мной что-то не так»). Неудивительно, что и 15, и 20, и 30 лет спустя такие глубокие раны могут продолжать болеть»

Дала комментарий изданию «Бумага» в связи с историей о насилии в детстве, ужасающей в своей типичности: петербургская активистка Юлия Алимова рассказала о насилии со стороны градозащитника Алексея Ярэмы, которое происходило, когда ей было пятнадцать лет, а ему — сорок три. После публикации поста Юлии выяснилось (как, опять же, часто бывает), что она далеко не единственная пострадавшая. Автор насилия при этом благополучно живёт в Европе, где получил статус политического беженца.

Поговорили о том, какие именно действия считаются сексуализированным насилием, как возможность дать согласие на секс связана с возрастом, почему дети и подростки, растущие в неблагополучной среде, оказываются особенно уязвимы к насилию, и что заставляет людей спустя много лет помнить о травматических событиях и переживать их последствия.

#публикации