В своей заключительной лекции Джудит Герман говорила о том, как пережившие насилие представляют себе справедливость. Несмотря на то, что каждая история травмы и исцеления индивидуальна, у рассказов, которые Джудит слушала на протяжении многих лет, есть и общие черты. Большинству пострадавших важно признание и принятие со стороны комьюнити — это помогает преодолеть изоляцию и порождаемый ей стыд, восстановить чувство собственного достоинства, обрести близкие поддерживающие связи, которые в определённой степени работают в противовес той несправедливости, с которой столкнулись пережившие.

При этом чаще всего они не жаждут мести — по крайней мере, в реальности. Конечно, у многих возникают фантазии о мести, но клиентки и клиенты Джудит в основном говорят о том, что эти фантазии могут помогать им справляться с чувством беспомощной ярости, но не отражают их ценности, не выражают то, какими людьми они являются и как хотят строить свою жизнь.

Процесс горевания, сопровождающий работу с травмой, нередко идет по пути отпускания — постепенно на смену ненависти, негодованию, желанию сделать больно автору насилия (которые совершенно естественно возникают в ответ на причинённый ущерб) приходит освобождение от внутренней травматической связи с абьюзером и стремление в большей степени заботиться о своей жизни, не разрушать, а строить.

Нормально испытывать ненависть к людям, которые совершают зло и отбирают жизни других людей. Наши эмоции могут быть любыми, они не подвержены цензуре и законам морали. Но то, как мы выбираем обращаться с ними, означает, какими людьми мы выбираем быть. Месть раскручивает маховик ненависти, как внутри самого человека, так и снаружи, часто вызывая ответную мстительную реакцию. Более того, в психологическом плане она обычно попросту не помогает.

Для переживания травмы — как индивидуальной, так и коллективной — необходимо не разрушать связи, а укреплять их. Тогда как жестокость в ответ на жестокость удерживает всех причастных — как совершающих насилие, так и одобрительно наблюдающих за ним — в непрекращающемся цикле травмы, из которого нет выхода.