На второй месяц самоизоляции я наконец признала, что она влияет на меня сильнее, чем мне бы хотелось. Я стала быстрее и сильнее уставать, мне мало что хочется делать, кроме того, что необходимо. Я ощущаю, как время сжимается и замедляется почти до полной остановки. Иногда всё вокруг кажется стёртым и плоским, как будто мир, уменьшившийся до пределов квартиры, теряет плотность, вкус и цвет.

Одновременно я чувствую, как этот опыт буквально вынуждает меня встречаться со сложными вопросами и искать на них ответы. Он даёт мне прочувствовать — физически, почти болезненно — что для меня действительно важно, а без чего, казавшегося важным раньше, на самом деле можно обойтись. Привычный способ жить и строить отношения подвергается пересмотру.

Конечно, это влияет и на мою работу. Впервые я чувствую, что нахожусь вместе с моими клиентами в одном глобальном травматическом процессе, и как бы по-разному мы его ни переживали, он воздействует на всех. Как красиво сформулировал неизвестный мне автор, «мы все находимся в одном шторме, но в разных лодках». Терапия в таких условиях приобретает особый оттенок сопричастности, становится (по крайней мере, для меня точно) ещё более личным процессом, способствующим близости, несмотря на разделяющее нас расстояние.

В начале эпидемии я наблюдала за возросшей активностью своих коллег и беспокоилась: может быть, мне тоже нужно делать что-то ещё? Рекламировать канал? Писать продающие тексты? Придумывать вебинары? Но мысли о подобном «ситуативном маркетинге» вызывали глухой внутренний протест. Время идёт, и я понимаю, что в дни всеобщего кризиса мне особенно важно оставаться собой и опираться на значимые для меня ценности. Я никогда не была и не буду человеком, обладающим рецептом счастливой жизни. У меня нет сакрального знания о том, как правильно и что нужно. Всё, что я могу — это идти рядом с такими же людьми, быть с ними вместе в их отчаянии и радости, страхе и надежде. Создавать пространство, в котором эти чувства становятся переносимыми. И я очень рада, что у меня по-прежнему остаётся возможность это делать.