Как мы решаем, что считать нормальным? Является ли психологическая норма феноменом исключительно субъективным, основанном на ощущении «мне так окей», или всё-таки есть некие внешние критерии, по которым её можно определить? С этими философскими вопросами психологи постоянно сталкиваются на практике, причём в разных вариациях.

Нередко мы наблюдаем, как люди отчаянно цепляются за свои представления о нормальном, не в силах признать, что на самом деле страдают — так работают защитные механизмы психики. За фразами, которые часто звучат в кабинете психолога — «у меня хорошие отношения с родителями» или «меня устраивает мой брак» — могут скрываться самые разные, порой довольно жуткие для стороннего наблюдателя вещи. Скорее всего, человек, произносящий эти слова, смутно чувствует, что что-то не так (не зря же он пришёл в терапию), но защищается от этого знания, потому что признать ненормальность происходящего — значит разрушить своё текущее представление о мире и о себе, столкнуться с тяжёлыми эмоциями, с годами, прожитыми не так, как хотелось, с необходимостью изменений. Терапевт может помочь клиенту постепенно прийти к этому осознанию и справиться с возникающими в процессе переживаниями, но важно делать это бережно, сверяясь с тем, есть ли у человека ресурсы (и запрос) на эту нелёгкую работу.

Но часто бывает и наоборот: клиенты приходят, убеждённые, что что-то в их мыслях, чувствах, поведении — ненормально. Социальные нормы, будь то нормы конкретной семьи или общества в целом, воздействуют на наше восприятие себя, и несоответствие им может переживаться очень болезненно. Запрос таких клиентов можно сформулировать как «почините меня»: сделайте удобным для родителей, партнёра или социума, помогите избавиться от нежелательных эмоций или недозволенных мыслей. Работа в таких случаях будет направлена на разрешение себе быть таким, какой ты есть (оговорюсь — в тех случаях, когда это не разрушает самого человека или окружающих). Я часто говорю с клиентами о том, что считаю нормальным. Злиться — нормально. Плакать, проявлять уязвимость, сочувствовать самому себе — нормально. Нормально заниматься тем, что нравится, а не тем, что считается правильным и престижным. Нормально обозначать и отстаивать свои границы. Постепенное расширение пространства дозволенного помогает человеку обрести себя во всей полноте, что в конечном итоге и является важнейшей задачей терапии.

Проблема заключается в том, что представление о норме, которое психологи транслируют клиентам, тоже в какой-то степени субъективно, и всегда существует опасность начать навязывать человеку своё мировоззрение, которое может ему и не подходить. Поэтому для меня важно ориентироваться в первую очередь на чувства клиента: если его установки приносят ему ощутимый дискомфорт, тогда — и только тогда — они могут подлежать совместному пересмотру. А те способы жить, которые дарят человеку радость и удовольствие (и никому не вредят), стоит оставить в покое, какими бы удивительными они мне ни казались.