Кекс фекс пекс
Случилось забавное “происшествие” - случайно я отправил рецепт кекса который намерен испечь вечером, в этот канал, отчего получил несколько писем от читателей, которые обеспокоились этим, но еще и тем. что пишу я реже и меньше. Насчет второго все просто. Друг свободы слова Пабло дё Фоль (Павел Дураков - ру.) ограничивает размер постов в ТГ с каждым месяцем, а играть в лаконца мне, человеку словоохотливому - писателю - хочется все реже, ведь я, как Норман Мейлер, пишу всегда много, и не намерен ограничиваться твиторским чириканием. Что касается рецепта…
…. Что же, я человек, охотно это признаю, и случившееся лишь прекрасно иллюстрирует мое мнение, которое я почерпнул у Монтеня - а тот у Сократа - что человек должен отдавать дань мирскому. Как и Монтень, я разговариваю с соотечественниками - на самом деле с собой, но пусть думают - на их языке, как и он, служу своему Городу, как он, комментирую книги, которые читаю, и гражданскую войну, в эпоху которой живу, как и он, много работаю (сегодня мой первый выходной с 3 августа) и, как и он, управляюсь с женой и домашним хозяйством. Это связано: я покорил будущую супругу тем, что лихо порезал яблоки и разлил портвейн на студенческой вечеринке - мы дети 90-х - она, конечно, пала, и закрепил я победу на следующий день блинчиками, которые разваливались и отдавали на вкус содой (сода и была главным ингредиентом). Она, в своем черном маленьком платье, стоически съела их с улыбкой Будды, и я понял: эта не оставит и на каторге.
Я человек, у меня библиотека, но у меня и замок - я пытаюсь выжить в ссоре шумных гаскоинцев и свирепых франрусских, я объезжаю коней, я утешаю жену, я покупаю провизию, я готовлю, пеку хлеб, произвожу домашнее вино - виноградное и яблочное - шушен, сидр, брагот, дистиллирую, делаю наливки и настойки. Часто в последнее время я хочу что-то сказать, но, начав, понимаю, что есть дело важнее и касается оно домашних хлопот. Вчера я довел до ума десертное вино из ананаса, а сегодня разливаю по бутылкам яблочный сидр, часть которого охмелю дынным хмелем. А уже потом налью себе бокал медовухи на клюк… шутка, чашку кофе, закурю кубинскую сигару… шутка, дождусь жену (что за удовольствие, если ты не делишь его со второй половиной?) и вернусь к переводу книги о Достоевском фашиста и балетного критика Андрея Левинзона и чтению исследования о Легионе Французских Добровольце… шутка, это все завтра, а сегодня – просто испеку кекс. Мы - люди, и должны вспоминать об этом, делать паузы. Что поможет в этом лучше, чем заняться выпечкой какого-нибудь хлеба или - сладкого я почти не ем, но вот сегодня решил порадовать жену - кекса?
… представьте, что Захар Прилепин, вошедший во френетический ритм ИИ, вместо того, чтобы нагадить еще пару брошюр Люсьена Рёбате про еврейский заговор и русских как монголов - я так понимаю, Закарии переводят с французского кураторы - делает паузу и печет жене кекс (ну, пусть чёрный, какая разница). Что, если бы нашел время на кекс Е. Просвирнин, и, увлекшись выпечкой, не услышал стук в дверь, и не пошел открывать, доверчиво сняв цепочку, потому что увидел в глазок ставропольского лимитчика Свата Блядова (Кума Сватова?) и его любовника, мелкого суетливого наркомана Андре Фунта, которых пустил пожить? Насколько бы мир стал лучше, пеки мы кексы - трудно сказать. Знаю, что
нам стало бы лучше, пеки мы кексы. Представьте, Т. Эйдельман собирается что-то сказать, но… махнув рукой бежит на кухню - пригорает кекс. И - остается в городе XXIII века, Москве, мультимиллионеркой, а не отправляется в на эмиграцию лечить рак в отсталом военно-трудовом лагере Израиле и унижаться перед молдаванами за бесплатно. Пекут кексы тонконогие кривоногие Шура и Блёва, и остаются в РФ, где просто за правильное происхождение получают миллиарды, а не кочуют по клубам Киргизии с ценой билета за 30 USD, печёт кекс балабол Данила Козловски и остаётся для ширнармасс резким четким пацаном, а не плакучей трусливой
биксой…
Пеките кексы. Вспоминайте о человеческом в своей природе. Готовьте еду, делайте свой алкоголь, любите своих женщин, и, конечно,
читайте книги.
