В качестве обложки к этому тексту я выбрал работу Эрика Булатова «Лувр. Джоконда».

Попробую задать вам небольшую загадку. Представьте: перед вами одна из самых известных картин в мире. Вы пришли, чтобы увидеть её. Но в какой-то момент понимаете, что почти не видите саму картину. Перед вами — люди. Они смотрят, фотографируют, тянутся ближе, поднимают телефоны. И вдруг возникает вопрос: что здесь на самом деле является главным объектом — картина или те, кто на неё смотрит?

Сейчас, как мне кажется, эта история только усилилась: произведение всё чаще становится фоном. В него вписываются, забирают часть его энергии и значения. И именно из этого ощущения мне захотелось начать серию заметок про фестиваль INTERVALS в Нижнем Новгороде.

Я не художник и не хочу присваивать себе эту позицию. Я человек, который работает с мультимедиа, с пространством, изображением, звуком, техникой, зрительским опытом и давно пытается для себя разобраться в языке медиаискусства. Не как искусствовед, не как критик, а скорее как человек изнутри индустрии, которому это всё правда интересно. Возможно, даже не столько как профессионалу, сколько как человеку, который этим увлечён и которому важно понять, где здесь просто эффект, а где начинается что-то большее.

Я очень трепетно отношусь к INTERVALS. Мне кажется, это одно из тех событий, которое реально популяризирует медиаискусство, открывает новые имена, привозит работы и художников, которые в другой ситуации, возможно, просто не были бы доступны широкому зрителю. И за это большая любовь и уважение команде dreamlaser и всем, кто это делает. Потому что создать такой фестиваль, да ещё и доступный для большого количества людей, — это огромная работа. И в этом смысле у меня нет желания спорить с самим фактом фестиваля. Наоборот, хочется, чтобы он жил, рос и становился сильнее.

Но чем больше я смотрю на медиаинсталляции, тем сильнее у меня возникает один вопрос. У мультимедиа есть очень высокий шанс превратиться в фон. Не потому что оно слабое, а потому что оно слишком хорошо работает визуально. Свет, масштаб, движение, звук, вау-эффект — всё это идеально ложится в камеру, в сторис, в рилс, в желание человека зафиксировать себя на фоне чего-то большого, яркого, значимого.

И тут возникает странная история. Человек вроде бы приходит к произведению, но в какой-то момент произведение становится декорацией для его собственного присутствия. Он не столько смотрит, сколько вписывает себя внутрь. Как будто прикасается к искусству через собственное изображение. Как фотография на фоне картины, на фоне знаменитого места, на фоне звезды. Это попытка приблизиться к значимости, присвоить кусочек энергии, показать: «я был здесь», «я тоже часть этого».

Я не уверен, что это всегда плохо. Возможно, в этом тоже есть часть современного взаимодействия с искусством. Возможно, художник действительно отпускает работу в пространство, и дальше она живёт как живёт: кто-то в неё погружается, кто-то снимает, кто-то танцует, кто-то просто проходит мимо, кто-то вообще ничего не считывает. Люди просто взаимодействуют с тем, что им дано, насколько умеют. Кто-то глубже, кто-то поверхностнее, кто-то через телефон, кто-то через тело, кто-то через тишину.

Но тогда для меня открывается другая проблематика. Создаётся ли медиаинсталляция для того, чтобы на неё смотрели? Или она уже сразу создаётся как пространство, в котором будут находиться люди, двигаться, снимать, мешать, дополнять, присваивать? Закладывается ли это художником изначально или работа просто отпускается, а дальше с ней происходит то, что происходит?

#mediaart #perception