Четвëрка

билли бонс умер.
это так грустно.
сбитый голубь на пути в магнит
шепчется с матушкой-землëй.
черви щемят его по поверхности.

бедный билли, ты так любил
любить деньги,
что убил шарманщика на безымянном перекрëстке
по указке водной глади
и жадности.

жадность — это плохо.
дискотечные буквы запрятались
в ширму небритых бород
старых дяденек
и бен ганна.

неба нагота,
твой последний вагон.
мой любимый билли бонс!
билли бонс
опять умер.

07.10.26

Буду тут читать, увидимся!

на верëвочке тоненькой
пудрой времени маслом кожи
отбивные из пересмешников
отварные движения в танце
худо лихо да все заступятся
за конвейер искусственных сигарет
человек-паук на обложке сладенький
любо-дорого за тобой смотреть
из коробок из спичек вафельных
возводи свой колосс великий
я лишь голосом обособленным
в речи выделю запятыми
всë придаточное серо-розовое
точки с запятой пусть оставят след
на песке тяжëлом после дождя
двоеточием приторный десерт
и привравь необычными окончаниями
чукчей северных восклицательных
вопросительных елей кафельных
рыжих корочек от мороженого
деревянных обсосанных палочек
приложи к соевой челюсти
карамельный камешек

23.09.26

линии электропередач
проглатывают мертворождëнный поцелуй.
прячу его в себя от тебя.
в тебя от него
клаксоном разреженного воздуха,
чтобы засохнуть, как гербарий,
от жара глаз и метафизики рук.
разнузданно хватать за слова и срывать
одежду сухими губами, треснутыми.
ничего больше не стоит.
ничего меньше не берëтся,
кроме кромки чëрных ресниц.

20.09.26

только это суббота будет, а не пятница

смета-на-покаяние и Ad Marginem

В издательстве Ad Marginem
вышло первое масштабное собрание
произведений Лидии Червинской —
«На бальной площади Согласья»

Редактор журнала смета-на-покаяние
Юра Степанов приглашён в качестве
модератора на презентацию книги

В рамках мероприятия состоится
разговор о поэтике Червинской,
её уникальной биографии и месте
в литературном мире, о работе
над книгой, которая возвращает
творчество поэтессы в контекст
истории русского Монпарнаса

В роли спикера выступит
Константин Львов — редактор и
составитель книги

Редакция журнала в полном составе
примет участие в обсуждении,
для нас это большое и важное событие,
приглашаем всех заинтересованных
присоединиться

вход бесплатный по регистрации

Когда: 19 сентября (пятница), 18:00

Где: Ad Marginem Warehouse
(Переведеновский переулок 18с3)

18+

Журнал смета-на-покаяние

вместе с журналом покоряем новые высоты. приходите!

#экспромт

каждый
охотник
желает
знать
где
сидит фазан

каждый сидит
где желает
знать

но знать
желает
каждый
где сидит

только фазан знает
где сидит
желание

08.08.26

🐔🐔🐔
уже завтра на коне:

🔺вита данилина
🔺 ди рубан
🔺 юнга
🔺 илья вайт
🔺 анастасия
🔺 константин
🔺 justie
🔺 mordaclouna


🔺 егор стрыгин
🔺 саша четверка
🔺 анна андрейчик
🔺 даниил невнятин
🔺 андрей митин
🔺 треугольный
🔺 perenositsa
🔺 никодим

дарья юшина

до встречи 💗

Дежурная рюмочная на Арбате
13 сентября ,вс
18:00 двери
19:00 начало
на входе донат
18+

Редкая возможность послушать мою поэтику, приходите, друзья!

придавило.
сукровицей растëкся
по коленям до сладкой корочки,
пропитался чëрствым хлебом:
после притаился в закуток,
пряча слëзки в танцы моря.
утрамбованы голени,
и лодыжи смотрят друг на друга
как две альтушки на нишевом рынке,
подкидывая монетку
в бесконечное дно квартиры.
вещь — бесполезна, если за ней
нет какого-то имени.
просто прах, просто пыль.
подоконник закашлял,
снова забита трахея.
нельзя дважды вернуть домой
солдата или повиснуть на рее,
возлагать мириады дурно пахнущих стихотворений любимой.
через жëрдочку снов караулить
полную кляксу на небе из белого мрамора.
приехав из петербурга,
на секунду поверил,
проверив карманы, что две сигареты:
история боли и братства.
так на контрасте закончилась
синяя тяга, и
я ненавижу людей
точно также, как баварец заупрайса.

02.09.26

К сожалению, не набралось достаточное количество желающих. Готов отдать завалявшиеся три копии с того тиража первым отписавшимся людям под этим постом.

в едва различимом снимке
полном фантасмагорий
прячется след богини в шляпе
из рук соломенных.

кажется, будто пьяно, сыто, разгульно
машет
юбкой осенней сажи,
туфлями незабудками,
в шпилях глупыми шутками
мастадонтом проказы.

перебираются скрежетом
формы натуры видимой.
режет цветную метрику
пульс, отчеканенный выдержкой.

перламутровым домиком после большого бала
крохи собрались тоником,
литром пинаколады,
самбукой или лонг-айлендом:
литром сухих разговоров.
тянется ядерный поезд
под безотцовские склоны.

26.08.26

Сегодня очень крутое мероприятие проводим с редакцией, приходите!

https://t.me/poeticjournal/1350

соскребсти три грамма горести
с деревянной полки

искорки от факела с кнопкой
летят под ноги

свет в клетках как песочные часы
гаснут к ночи

оборачиваться к забору
широкой спиной

перепутал звук камаза на трассе
с самолëтом рассекающим воздух

играть на пианино
одно и то же из года в год

одиночество одно к ночи
отношением одно к одному

вечный огонь иерусалима
погас в пепельнице

шахматы как способ
отвлечься от голодных игр

лишнего лишиться нельзя
коли нет кошелька

бутерброд скис колбасой
вниз есть вредно

золотое яблоко мидаса
тренд века

капитуляция имени
измена стабильности
прах земли
развеян тремя заветными словами

синий отвратительный цвет

22.08.26

часы вспороты около трëх
от полудня в секундной стрелке.
разрывается тромб, как горох,
половицы разбужены светом,
что сияние чистого льна
на прозрачной болезненной коже.
переправа реки отжила
и до берега острым ножиком
потянулась гряда сонных барж,
покоробленных, ржавых, коррозийных.
клин голубей ласкает приют рыбака,
журавли разворовывают осень.
на небе клювов гряда,
деревянные ставни и створка,
ящик с бедами да защëлка,
шум, курносая детвора.

30.07.26

после дождя сильно болит темя
вся голова, как подсолнух развесила волосы.
ищу оправдания в сплошной серой занавеске,
прикрывающей всю площадь горизонта.
из-за близорукости есть погрешность
в измерении крайней точки-
крайней точки белого колена,
куда спешат сто тысяч голов после обеда.
когда начинается дождь,
смотреть вниз с балкона тверской,
где нимфы таращатся на тебя
каменным взглядом давно умерших
богов и богинь.
сильно болит голова,
после дождя не хочется пить.
подвинься чуть ближе, чем шершавые стены домов волгограда
и уровень воды в оке.
край немого вопроса,
край белой фаты,
край четырëх стульев
без шлифовки наждачкой.
болит голова от разговоров с наждачкой-
разговоров с наждачкой.

03.08.26

полуденное замыкание цепи.
вновь блеющая осень у порога,
сто раз сквозняк твердил,
что не причастен к злому року.
конечно, он виновен.
ветер плут обвил дома и виллы, и коттеджи:
мой дядя, верно, любит свиминг пул,
а я глядеть на вышки у Плоешти.
гремит труба, и кавалькада духовых
опять винит за пустоту звучания
привычный быт застекленных витрин:
их жалкий ропот мал и тяжко оправдание.
рвëт заусенец высочайшая ступенька,
брызг грязи падает на тротуарный ил.
я трачу кровные на вкусный кофе, пряный сыр,
внутри излишне задаюсь вопросом:
давно ли у Афины стоит конь и совершилось ли изгнание родосцев?
раскинулись тетради, ценен миг,
христианские наряды плачут хором.
в напитке попадается имбирь.
я корчусь, сплëвывая мимоходом.

03.08.26

уже как два месяца
лето спешилось.
я за ним бегаю,
как собака за веткой.
перемигиваясь со мной,
дворняга сутулая
подаëт знак, что пора
подавать к столу кость:
я бегу!
я бегу!
спотыкаюсь и падаю
вниз головой прямо в лужицу
под названием онтарио.
правильно меня предупреждали
смотреть под лапы,
когда бежишь обратно к хозяину.
хорошо варится кукурузный суп.
я доволен синим заревом
внизу котелка.
поем хоть немного,
поем хоть немного,
а потом в никуда.

12.07.26