Этномузыкология — это раздел антропологии, изучающий социальные аспекты музыки. Исторически этномузыкологами были богатые европейцы и американцы, которые ездили в «дикие места» и делали записи тамошней музыки. Со временем дисциплина накопила материал, впитала и произвела кучу теории, и теперь изучает не только всю музыку, но также любые звуки, в том числе звуки животных, архивы аудиозаписей, а также связанные с этим всем вещи, например, какие у разных народов есть идеи и практики, связанные с правами на музыку, не похожие на европейский копирайт. Этномузыкологи одними из первых перестали чураться активизма и стараются работать вместе с исследуемыми сообществами, отдавая таким образом им свой долг.

Отличный пример этого всего — фильм Kneecap. Завязка такая: два ирландских обалдуя из Белфаста, Лиам и Нише, околачивают груши известными органами; параллельно с этим учитель музыки, замещающий урок ирландского в своей школе, обнаруживает, что учебник ирландского предлагает скучающим детям поговорить про резку торфа. Его путь пересекается с обалдуями и они образуют хип-хоп-группу Kneecap: обалдуи читают рэп на ирландском, а учитель музыки ставит им бит.

(Далее будут обсуждаться детали сюжета фильма)

Музыка у Kneecap получается разухабистая и неприличная. Лиам и Нише начитывают треки про наркоту, языковые права, похмелье, беспорядочный секс, полицейское насилие и насилие в адрес полицейских. Это вызывает критику со стороны юнионистов, которые используют аргументы, сводящиеся к «если Kneecap — это лицо ирландского языка, то правильно мы всю дорогу дискриминировали ирландский и запрещали его», забывая о том, что маргинализация населения Ирландии произошла не из-за языка, а из-за насилия захватчиков. А также, сюрприз, «ужасная музыка про наркотики, антисоциальное поведение и насилие» оказывается гораздо более интересна молодым слушателям, чем резка торфа. Kneecap всё чаще видят, как их музыка вдохновляет молодых англоязычных ирландок и ирландцев говорить на ирландском.

У Kneecap есть и «зеркальное отражение» — юнионистский маршевый оркестр, с которым сталкивается Лиам. Эти оркестры выходят на парады для празднования победы протестантского короля Вильгельма III над католиком Яковом II и повсеместно воспринимаются как демонстрация силы. В отличие от Kneecap, музыканты в оркестрах одеты в форму, они играют «приличную» музыку на «приличных» инструментах, но, конечно, проигрывают лихой удали главных героев.

Kneecap это настоящая существующая группа. Все трое играют в фильме сами себя. Они никогда не старались быть «вне политики», их фильм заканчивается напоминанием о том, что каждые 40 дней исчезает ещё один коренной язык, а сами участники группы очень громко выступают за права палестинцев, упоминая продолжающийся геноцид в каждом интервью. Это также имеет исторические корни: в Северной Ирландии палестинские флаги часто поднимают над республиканскими зданиями, а израильские — над юнионистскими.

Этномузыкологические исследования хип-хопа часто подмечают, что этот жанр позволяет маргинализованным группам говорить о своих проблемах, в частности, относящихся к языковой дискриминации. Майя, тонганцы, узбеки и йоруба используют рэп, чтобы посмотреть на свою культуру другими глазами. В хип-хопе принято подчёркивать место, в котором его производят, что даёт исполнителям возможность гордо заявить о своих корнях, рассказать малоизвестные факты своей истории и осудить действия властей.

* Elizabeth R. Bell. “This Isn’t Underground; This Is Highlands”: Mayan-Language Hip Hop, Cultural Resilience, and Youth Education in Guatemala (2017)