Он проучился около года в Венской академии и, разочаровавшись в тамошнем образовании, самовольно бросает учёбу, чтобы выработать свой собственный стиль, которым так был очарован Густав Климт и Альфонс Муха.
И если Макарт стал всемирно признанным мэтром, то другой отказник Венской академии единогласно объявлен пачкуном. Но является ли это исключительно эстетическим или всё же (и) политическим суждением? Нацистская идеология, политика и культура были комплексными и эклектичными явлениями (что показывает Нестор Пилявский в статье «Ведьмы против Одина: феминизм, защита животных и гендерно-религиоведческие дебаты в Третьем Рейхе»). Поговорим же о творце Третьего Рейха — не об его Gesamtkunstwerk, а об его живописи — и будем разбираться вместе с искусствоведами и комментаторами в Интернете — без ad hominem*и ad Hitlerum**.
На первый взгляд, картины Гитлера могут быть считаны хоть и довольно эпигонскими (особенно для начала XX века, пестрящего авангардными течениями, столь ненавистными фюреру***), но не вопиюще бездарными. Мы, зная характер диктатора, могли бы ожидать на них превалирования тёмных цветов — но вместо этого его работы красочны, словно открытки. Да и тематически это скорее открытки на холсте, чем полотна: цветы и городские пейзажи (выбор столь слащаво-бюргерских тем также обусловлен и необходимостью продавать свои работы). Люди на них появляются редко, что одни считают простым неумением рисовать человеческие фигуры, другие же — признаками психопатии. Здания, действительно, интересовали Гитлера куда больше, чем люди, и, как он пишет в Mein Kampf, при отказе в поступлении в Венскую академию ему посоветовали стать архитектором.
Но и архитектурные способности отпрыска Шикльгрубера далеко не безупречны. Если присмотреться к его картинам, то не отпускает чувство зловещей долины. Невооружённый глаз любителя видит, что что-то на них не так. А око эксперта заметит сразу множество огрехов. Во-первых, беды с перспективой, что идёт в разрез с (гипер)реалистической и ретроградной манерой исполнения. Во-вторых, как замечает один из комментаторов, в работах не чувствуется цельности, «нет стержня» — будто Гитлер в процессе прыгал с объекта на объект. К тому же, бросается в глаза (например, по теням), что рисовал он не с натуры, а с фотографий.
Так что отказывают Гитлеру, не усвоившему перспективу, и в перспективе архитектора:
Нет в рисунках конструкторского мышления. Это не чертежи, это открыточная срисовка.
Как раз конструкций он не видит, не умеет выделять главного. Какая уж тут архитектура, когда всё в кучу. И совершенно отсутствует понимание функциональности нарисованного. Он не видит здания, он видит оболочку и даже материал плохо передаёт.
Большинство поделок Гитлера находится в заточении американских спецхранилищ, запасников музеев и частных коллекций. Однако периодически они появляются на аукционах (при этом их аутентичность часто невозможно доказать, так что поделки оборачиваются подделками). Это не останавливает коллекционеров от приобретения работ. В 2015 г. изображение баварского замка Нойшванштайн пера Гитлера (первое фото) было продано за 100 тысяч евро.
Но думаем, что самое место гитлеровской мазне не в музеях, спецхранилищах и аукционах, но и не на костре — самое место ей на Арбате. Уровень тот же. Но быть тому...
Наверно, в следующей жизни, когда я стану кошкой (возможно, кошкой-валькирией)...
* логическая ошибка и риторический приём, при котором оппонент в споре переходит от обсуждения сути аргумента к критике личности, характера или мотивов того, кто этот аргумент выдвигает
** логическая ошибка и демагогический приём, при котором оппонент пытается дискредитировать аргумент или идею лишь на том основании, что их поддерживал или практиковал Адольф Гитлер.
*** надо вот так, так, так, вот так вот не надо.