В Жакмар-Андре выставка «Вечный Тинторетто». Люди уважительно относятся к слову «вечность», оно (но не смысл, который оно заключает) отдает чем-то величественным и так далее по лестнице, ведущей к полному испарению смысла вплоть до какого-нибудь «неувядающего» и «непреходящего». Вечное мыслится как противоположность временному. У самих парижских эксгибиционистов «Éternel» стал “Timeless”, лишенным времени. А то сказал, что временное преходит? Человек может вполне воспринимать время (именно так он и делает) как нечто, вовсе не приводящее к старению и смерти — просто потому, что любой момент во времени всецело принадлежит все еще живому. Вечность одинаково принадлежит и античной статуе и бородатому анекдоту, она и есть такой анекдот, под нею понимают нечто, просто-напросто пережившее свою первоначальную оболочку на каком угодно отрезке времени.

Простой вгзляд на морфему подсказывает что вечность — это просто человечность, то, что принадлежно человеческой жизни, неизменно конечной. Как, например, надежда на бессмертие, которое все равно мыслится как срок, пусть и не определенный или вовсе неопределимый. Вот Тинторетто помещает на картину о творении Богом животных старика, которому сто лет в обед, «целая вечность», по меркам венецианских современников. Что делал Господь до сотворения мира? Отращивал бороду.

Да, пишут, что сенильная антропоморфизация Бога-отца случилась из-за каких-то туманных отсылок к Писанию. Тинторетто здесь выписал «книжника» (Бог-Логос), «ученого-гуманиста». Ну да, человек все очеловечивает и переводит на свой язык, который всегда язык тела. Под бородой стоит подпись Тинторетто, а под копией автопортрета Тинторетто — подпись Мане, и никто не счел бы их самозванцами. Кожев, пересказавший Гегеля через Кожева и немного Хайдеггера, сам назвал свой плутоватый курс пропагандой, что тоже подпись.

Говорят, вечное обрастает смыслами, а обрастает оно бородой, смыслы приходится переводить наново, под своим именем и на свой риск, и порой впустую, и если выйдет как у Менара, буква в букву, то это и будет первая новость от вечности за все время ее старения. Уважаемый Владимир Владимирович, надеюсь, у вас получилось.