«Три скрипа», второй сезон

Шестой выпуск. Почему писатели плохо пишут

В прошлом выпуске, который состоит из трех частей, мы с вами убедились, что интертекстуальность, смешение жанров и фрагментарность текста присущи не только постмодернистской литературе, но и книгам всех эпох.

Сегодня мы обратимся к вопросу о том, почему многие писатели нашего времени пишут плохо.

За последний год я открывал тексты двух с лишним десятков современных русскоязычных авторов. Наиболее репрезентативный список тут, во втором сезоне «Трех скрипов» к перечню добавились последние на данный момент романы Леонида Юзефовича и Виктора Пелевина.

Первые же абзацы всех этих текстов содержат как минимум три стилистических, фактологических, орфографических, пунктуационных или иных недочета – собственно, три скрипа. С хит-парадом наиболее распространенных недостатков можно ознакомиться здесь.

Между тем добрая половина этих дурно написанных текстов затесалась в шорт-листы премий «Большая книга» и «Ясная поляна». То есть русскоязычное литературное сообщество, что бы оно из себя ни представляло, берется утверждать, что эти плохонькие тексты – лучшее, что написано на русском языке за последнее время.

Проблема большинства русскоязычных художественных текстов, которые я читал в этом году, заключается в следующем: при их создании авторы были сосредоточены на том, о чём написать, а не на том, как это сделать.

«О чём» – это базовый уровень компетенции даже не писательской, а читательской. Чтобы понять книгу, читателю перво-наперво нужно уяснить, о чём она, то есть разобраться с сюжетом. Это умение должны закладывать в школе. Например, моя советская учительница литературы велела нам вести читательский дневник в виде таблицы, одну из колонок которой нужно было посвящать краткому пересказу сюжетов прочитанных книг.

Сюжет есть в любом художественном тексте. Если вы его не видите, то у вас, вполне возможно, нет базового уровня читательской компетенции.

Не отчаивайтесь, иногда даже маститые литературоведы позволяют себе забавные утверждения об отсутствии сюжета у того или иного романа, рассказа и т. д. Брайан Бойд сморозил как-то, да еще и в письменном виде, что в рассказе Владимира Набокова «Путеводитель по Берлину» «…нет никакого сюжета» («Владимир Набоков: русские годы», 11, VI). Со всяким может случиться.

Так вот, «о чём» относится к читательской компетенции, а «как» – это компетенция писательская. И этой последней компетенции у русскоязычных авторов, тексты которых я читал в уходящем году, попросту нет. Возможно, другие их тексты свидетельствуют об обратном, но их я не читал.

Эти авторы – всего лишь читатели, вдохновленные чужими историями и придумавшие свои. Формально они, конечно, писатели, потому что пишут и даже публикуются, но фактически лишь производят тексты из серии «Ребята, я тут историю сочинил».

Молодец, что сочинил историю, возьми с полки пирожок. Однако хороших историй уже навалом: всемирная виртуальная библиотека, разросшаяся до небывалых размеров, давно содержит все без исключения возможные фабулы. Иными словами, фабула новой художественной книги точно не будет оригинальной, так что, если у вас нет ничего, кроме истории, то не надо переводить бумагу. Просто расскажите эту историю своему ребенку на ночь или второй половине на кухне либо в спальне.

Но оригинальными всё еще могут быть сюжет и стиль. Писателю стоит стремиться к их оригинальности. Для этого ему нужно располагать такой писательской компетенцией, как владение языком, на котором он пишет.

Как раз этой компетенции нет у многих русскоязычных авторов с их дурацкими орфографическими и пунктуационными ошибками, неуклюжими оборотами и неудачными попытками оригинальничать.