ЭКО И ОБЪЕКТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Репродуктивные технологии интересны психоанализу ещё и потому, что делают особенно заметной вещь, которая при обычном зачатии легче остаётся за кадром:

ребёнок ещё до рождения занимает определённое место во внутреннем мире родителей.

При ЭКО эта внутренняя сцена становится сложнее.

Между желанием иметь ребёнка и его появлением возникают третьи: врач, эмбриолог, клиника, иногда донор яйцеклетки или спермы, иногда суррогатная мать.

Каждый из них может получить особое место в бессознательной фантазии родителей.

Врач может переживаться как тот, кто "дал нам ребёнка". Клиника, как хороший объект, способный сделать то, чего не смогло собственное тело. После неудачной попытки тот же объект может переживаться совершенно иначе: как отказавший, разочаровавший или даже отнявший надежду.

Отдельная тема здесь, конечно, собственное тело.

Бесплодие и повторяющиеся неудачи ЭКО могут становиться тяжёлой нарциссической раной:

моё тело не может сделать то, что, как мне казалось, оно должно уметь.

И репродуктивная технология оказывается в двойственном положении. Она даёт возможность получить желанного ребёнка и одновременно заставляет признать зависимость от третьего: от врача, медицинского знания, технологии, иногда от генетического материала другого человека.

Для теории объектных отношений зависимость от хорошего объекта вообще никогда не была простой темой.

Но особенно интересен ребёнок, которого очень долго ждали.

После нескольких лет лечения, обследований, пункций, переносов, потерь, надежды и разочарований он может ещё до рождения оказаться чрезвычайно нагруженным родительскими фантазиями.

"Мы столько ради тебя прошли".

"Ты наше чудо".

"Мы ждали тебя 10 лет".

В этих словах может быть огромное количество нежности. Но вместе с ней ребёнку иногда бессознательно передаётся и задача: оказаться достаточно прекрасным, чтобы оправдать весь пройденный родителями путь.

И вот здесь проходит важная граница.

Путь к ребёнку принадлежит родителям.

Ребёнку не нужно за него расплачиваться.

ЭКО, донорство, операции, неудачные попытки, страх, надежда и потери являются частью родительской истории. Чем меньше ребёнку придётся становиться её репарацией, доказательством её смысла или компенсацией перенесённого страдания, тем больше у него останется пространства стать отдельным человеком.

Поэтому с точки зрения объектных отношений один из самых интересных вопросов возникает ещё до рождения:

какое место уже приготовлено этому ребёнку во внутреннем мире родителей?

Элеонора Красилова • Telegram
Элеонора Красилова • MAX