МЛАДЕНЕЦ НА КУШЕТКЕ

Психоанализ пришёл к пониманию младенца довольно странным путём: через анализ взрослых пациентов.

Винникотт пишет, что невротический пациент приводит аналитика к своему раннему детству. Но работа с тяжело нарушенными и психотическими пациентами ведёт ещё дальше, к самым ранним состояниям младенчества, когда зависимость от окружения почти абсолютна, а Я ещё недостаточно организовано, чтобы самостоятельно справляться с происходящим.

Именно поэтому для Винникотта исследование ранней психики невозможно отделить от понятия поддерживающего окружения. На самых ранних этапах младенец существует не как автономная психика, которая затем вступает в отношения с матерью. Его психическая организация возникает внутри зависимости от другого.

В анализе эти состояния могут появляться снова. Взрослый пациент остаётся взрослым человеком, но отдельные части его личности способны функционировать на гораздо более раннем уровне. Тогда аналитик на некоторое время выполняет то, что Винникотт называет дополнительной эго-функцией: удерживает то, что пациент пока не способен удерживать сам.

Но здесь возникает важное ограничение.

Регрессия не является машиной времени.

То, что появляется в анализе, игре, сновидении или телесном переживании, нельзя автоматически считать буквальным воспоминанием о младенчестве. Между первоначальным опытом и тем, что возникает сейчас, лежат последующее развитие, фантазия, символизация и вся дальнейшая история человека.

Поэтому аналитик получает доступ не к видеозаписи первых месяцев жизни, а к тому, как ранний опыт продолжает существовать в психической организации человека.

И в этом, пожалуй, одна из самых сильных мыслей Винникотта: чтобы встретиться с младенческой частью психики, необязательно иметь перед собой младенца.

Иногда младенец уже лежит на кушетке.

Д. В. Винникотт
"Маленькие дети и их матери"

Элеонора Красилова • Telegram
Элеонора Красилова • MAX