Единственное, что не согласен по поводу двух моментов. Первое, о равенстве борьбы кланов внутри и за пределами государства. Внутри государства борьба идёт за перераспределение материальной ренты (налоги, бюджет, сырьевые потоки, управление отраслями итд). При всех перегибах элиты вынуждены поддерживать управляемость и экономическое воспроизводство подмандатной территории, а верховная власть выступает арбитром с монополией на насилие.
У политической эмиграции нет подконтрольной территории, нет налогооблагаемой базы. Единственным ресурсом выживания остаются донорские бюджеты и медийное внимание. Поскольку распределить этот ресурс по правилам честной демократии в изгнании технически невозможно, борьба неизбежно вырождается в войну на уничтожение репутаций с взаимными «отменами».
Второе:
Утверждение о «клановых мафиях, продвигающих интересы внешних игроков» дано без единого примера или источника.
Я выразился словами клан и мафия (чтобы ярко описать замкнутость сообществ, никакой криминал не имелся в виду) но говорил о классической теории принципала и агента. Политический субъект институционально подотчётен тому, кто контролирует источники его материального воспроизводства.Внутри страны политический класс так или иначе замкнут на национальную экономику и ресурсную базу.
Если же организация существует за счёт фондов стран пребывания, вектор её подотчётности автоматически разворачивается в сторону внешнего донора. Я не говорю про какую-то конспирологию, это просто констатация базового закона политэкономии.