Дагестан при Меликове: память как система управления идентичностью

За время правления Сергея Меликова (о его уходе я писала выше) в Дагестане сложилась одна из самых разветвленных региональных сетей политики памяти в России.

По открытым данным, с октября 2020 года по май 2026 года в республике появилось минимум 200–220 новых стационарных объектов памяти. Это памятники, стелы, бюсты, мемориальные доски, плиты, аллеи, «Сады памяти» и локальные мемориальные зоны.

Цифра остается осторожной нижней оценкой. Единого публичного реестра таких объектов нет, а многие муниципалитеты отражают открытия в новостях без точного счета. Реальный масштаб, вероятно, выше.

Главная особенность периода Меликова — переход от отдельных памятных инициатив к широкой муниципальной сети.

1️⃣ «Сады памяти». К 2025 году они были созданы во всех 52 муниципальных образованиях Дагестана. Формально это ландшафтные объекты, но в политическом смысле они работают как новые места коллективной памяти. Через них военная память закрепляется в каждом районе и городе.

2️⃣ Мемориализация СВО. После 2022 года динамика резко ускорилась. Мемориальные доски и плиты стали открывать в школах, селах, на фасадах домов, в районных центрах. Только по найденным публикациям можно подтвердить не менее 115–130 мемориальных досок и плит.

🔺В Сулейман-Стальском районе были установлены плиты в честь 40 погибших участников СВО.
🔺В Табасаранском районе за несколько волн открытий появилось минимум 39 мемориальных досок.
🔺В Кизляре в одной школе в 2026 году открыли доски сразу 12 выпускникам — участникам СВО.

Динамика показывает важный сдвиг. До 2022 года республиканская политика памяти в большей степени опиралась на Великую Отечественную войну, советское наследие, культурные фигуры и локальных героев. После начала СВО центр тяжести сместился к школьной, сельской и районной мемориализации современных погибших.

3️⃣ Крупные памятники и символические объекты. За этот период появились памятник медикам, погибшим в период пандемии, памятник жертвам политических репрессий, мемориал защитникам Отечества в Каспийске, стела «Каспийск — город трудовой доблести», Аллея Героев СВО, бюсты и памятники Расулу Гамзатову, Фазу Алиевой, Сулейману Стальскому, Джелал-эд-Дину Коркмасову и другим фигурам.

По открытым источникам таких крупных и средних объектов набирается не менее 35–40.

Отдельный масштаб демонстрирует школьная инфраструктура памяти. К январю 2026 года в Дагестане было уже более 3,5 тысячи «Парт Героя». Их нельзя автоматически отнести только к периоду Меликова, потому что проект стартовал раньше. Однако темпы последних лет показательны: в декабре 2022 года в республике за один день открыли 502 «Парты Героя», а к концу 2023 года их число оценивалось примерно в 2 тысячи.

При Меликове в Дагестане произошла массовая институционализация локальной памяти. Минимум 200–220 новых физических объектов и тысячи школьных мемориальных форм показывают, что память стала одним из инструментов управления идентичностью республики.

📱 Меморыч: почти все о политике памяти