Издательство «Иллюминатор»

Сегодня Всемирный день поэзии!

О наслаждении поэзией однажды очень точно написал Джон Китс. Вот эти дивные строчки из письма поэта:

Я подумал, как радостно можно провести жизнь: прочитать однажды страницу чистой поэзии <...> и потом бродить с ней, и размышлять о ней, и погружаться в нее, и уяснять ее себе, и пророчествовать, вдохновляясь ею, и мечтать о ней, пока она не станет привычной. <…> До чего блаженно это путешествие мысли, как упоительна прилежная Праздность!

Именно творчество Джона Китса навсегда изменило жизнь Григория Кружкова: «…дремлющая почка перевода, которая с ранней юности никак не давала о себе знать, неожиданно очнулась и стала подозрительно набухать. Причиной была книга Джона Китса на английском языке».

Начинающего переводчика «сразу заворожил звук стихов, этот сильный и смелый голос, ни на кого не похожий», в то же время неуловимо напомнивший Пушкина. Как пишет Григорий Кружков в своей книге «Записки переводчика-рецидивиста», дальнейшее знакомство с лирикой Китса позволило ему заметить многие черты сходства двух поэтов, русского и английского:

Например, эллинизм, который у Пушкина начался со скульптур Царского Села и Летнего сада, а у Китса — с «мраморов Элгина», великих творений Фидия, привезенных из Афин и выставленных в Британском музее. Последняя поэма Китса «Гиперион» (по словам Байрона, «внушенная титанами») посвящена войне богов. Она не закончена и похожа на обломок фриза Парфенона. Но это лишь придает ей убедительности. У Пушкина тоже много величавых обломков. Это поэтика фрагмента, открытие романтиков.

Что это такое все же — мое появление в мире, мое существование в нем и необходимость из него уйти?

Подумать, в миллионах лет и пространств существует хрусталик и моей жизни.

Кроме меня, живут разнообразнейшие живые создания. Например, тот странный жучок, который перебирается с кочки на травинку, когда бывает момент, когда он вдруг встает почти отвесно и когда понятно, почему он именно перебирается, а не быстро движется — он щит, крохотный щит, который тяжело поднимать на почти невидимых ножках. Как он называется, этот жук-щит? Я иногда думаю, что и ему дана жизнь — та же жизнь, что и мне, именно та же, потому что вряд ли существуют иные формы жизни, кроме единственной — жизни в смысле ощущения «я живу».

Юрий Олеша «Ни дня без строчки»

#метафора_дня

Друзья, трансляция прямого эфира с Натальей Мавлевич уже началась! Запись будет доступна по этой же ссылке.

Channel name was changed to «Издательство «Иллюминатор»»

Добро пожаловать на «синий вторник» Тэффи!

Именно по вторникам у Надежды Тэффи, жилище которой украшали синие стены и синий диван, собирался весь цвет русской культуры Серебряного века. Любопытно, что на этих встречах бывали не только писатели, философы, художники и актеры, но и далекие от богемной среды поклонники творчества «королевы русского юмора». Однажды на «синий вторник» попал «старенький казачий генерал» из Оренбурга. Вот как об этом эпизоде вспоминала Тэффи в книге «Моя летопись. Воспоминания».

Генерал был человек обстоятельный, прихватил с собой записную книжку.
— А кто это около двери? — спрашивал он.
— А это Гумилёв. Поэт.
— А с кем же это он говорит? Тоже поэт?
— Нет, это художник Саша Яковлев.
— А это кто рояль настраивает?
— А это композитор Сенилов. Только он не настраивает, а играет свое сочинение.
— Значит, так сочинил? Так, значит, сам сочинил и, значит, сам и играет.
Генерал записывал в книжку.
— А кто эта худенькая на диване?
— А это Анна Ахматова, поэтесса.
— А который из них сам Ахматов?
— А сам Ахматов это и есть Гумилёв.
— Вот как оно складывается. А которая же его супруга, то есть сама Гумилёва?
— А вот Ахматова это и есть Гумилёва.

Генерал покрутил головой и записал в книжечку. Воображаю, что он там потом в Оренбурге рассказывал.

Николай Гумилёв и Анна Ахматова любили развлекать друзей забавной игрой. «Открывали один из томов Брэма “Жизнь животных” и загадывали на присутствующих, кому что выйдет. Какому-нибудь эстету выходило: “Это животное отличается нечистоплотностью”. “Животное” смущалось, и было очень забавно (не ему, конечно)».

Друзья, как вы думаете, какое животное загадал эстет? Пишите свои варианты в комментариях.

Прямой эфир с Натальей Мавлевич!

Друзья, пока мы готовим запись презентации книги «Сундук Монтеня, или Приключения переводчика», спешим порадовать вас: в этот вторник в 17:00 Наталья Мавлевич станет гостем прямого эфира в группе ВК «Лабиринт», в котором она расскажет о том, как родилась идея написать мемуары о приключениях в мире перевода, как шла работа над книгой и почему издание вышло именно под этим названием. Готовьте свои вопросы, а ведущая Полина Парс задаст их Наталье Мавлевич во время трансляции.

До встречи в прямом эфире!

Ван Гог шутит

В этот день в 1884 году Ван Гог в письме к живописцу Антону ван Раппарду делится своими рассуждениями о долге каждого художника, проблеме выставок, а еще иронизирует над собой и обманчивой простотой техники мастеров.

…в некоторых картинах есть нечто настолько честное и хорошее, что они всегда служат добру, независимо от того, какова их судьба и в какие они попадают руки — честные или нечестные, хорошие или дурные. «Пусть свет твой сияет людям»* — вот что я считаю долгом каждого художника с той, однако, оговоркой, что свет этот вовсе не обязательно должен сиять людям через посредство выставок. <…>

То, что я хочу сказать в этом письме, сводится к следующему: постараемся овладеть тайнами техники до такой степени, чтобы люди были обмануты ею и клялись всем святым, что у нас нет никакой техники.

Пусть работа наша будет такой ученой, чтобы она казалась наивной и не отдавала нарочитой искусностью.

*Отсылка к Мф. 5:16.

#ван_гог_сегодня_написал

А благодаря Григорию Кружкову мы с вами можем познакомиться с этими сокровищами древнеирландской поэзии!

Святой креститель Ирландии с трилистником, лепреконы и новая литературная традиция

Сегодня Изумрудный остров отмечает свой главный праздник — День святого Патрика! И хотя среди ученых не утихают споры о том, кем был этот человек (сохранилось несколько преданий о происхождении великого просветителя кельтов), старец в епископской митре, объясняющий на примере трилистника догмат о Троице, остается символом Ирландии.

Принято считать, что Ирландия приняла крещение достаточно мирно: не было ожесточенной борьбы с язычниками-друидами, новое духовенство уважительно относилось к народным преданиям. Не случайно рядом с Патриком часто изображают героя кельтского фольклора лепрекона.

С приходом христианства в Ирландии наступила письменная эра: в маленьких монастырях ученые монахи копировали богослужебные книги, написанные, как и «Исповедь» святого Патрика, на латыни. Со временем на полях манускриптов все чаще стали появляться стихи на родном языке писцов. Это были «свежие и непосредственные — удивительные для той эпохи зарисовки природы, когда лирика природы в европейской литературе еще не существовала». Именно в ирландской поэзии была разработана изящная система стихосложения и впервые в Европе стала широко употребляться рифма.

Цветок радости, скорби и надежды

Гиацинт — одно из первых растений, которые спешат порадовать нас после долгой зимы. Его несравненный аромат разносит радостную весть: «Весна! Природа вот-вот воспрянет ото сна». О происхождении гиацинта древние греки сложили свой миф — печальный, но не лишенный надежды.

Как пишет Николай Кун в книге «Легенды и мифы Древней Греции», Гиацинт был другом бога-стреловержца Аполлона.

Однажды, когда близился уже жаркий полдень, Аполлон и Гиацинт состязались в метании тяжелого диска. Все выше и выше взлетал к небу бронзовый диск. Вот, напрягши силы, бросил диск могучий бог Аполлон. Высоко, к самым облакам взлетел диск и, сверкая, как звезда, начал падать на землю. Побежал Гиацинт к тому месту, где должен был упасть диск. Он хотел скорее поднять его и бросить, чтобы показать Аполлону, что он, юный атлет, не уступит ему, богу, в умении бросать диск. Упал диск на землю, отскочил от удара и со страшной силой попал в голову подбежавшему Гиацинту. Со стоном упал Гиацинт на землю. Потоком хлынула алая кровь из раны и окрасила темные кудри прекрасного юноши.

Подбежал испуганный Аполлон. Склонился он над своим другом, приподнял его, положил окровавленную голову себе на колени и старался остановить льющуюся из раны кровь. Но все напрасно. Бледнеет Гиацинт. Тускнеют всегда такие ясные глаза Гиацинта, бессильно склоняется его голова, подобно венчику вянущего на палящем полуденном солнце полевого цветка.

По слову Аполлона, из крови юноши вырос ароматный цветок — гиацинт, который стал символом умирающей и воскресающей природы.

А какие цветы для вас символизируют весеннее возрождение?

Перевод — дело веселое!

И это единодушное мнение двух прекрасных переводчиков — Натальи Мавлевич и Григория Кружкова — авторов книг из серии «Слово переводчику».
Друзья, делимся с вами фотографиями с вчерашней презентации книги «Сундук Монтеня, или Приключения переводчика».
Спасибо вам за эту чудесную встречу!