Навоз, цветы и самоцветы

и еще немного о мужском и женском.

мы все плотнее входим в осень и для мужского, а том числе для нашего внутреннего мужского, янского, деятельного, направляющего начала, это может быть непростым квестом.

осень - это всегда приглашение сдаться. сдаться любви Великого Женского, воплощенного в природном цикле, но и его темноте и неизвестности. войти в ее лоно, чтобы переродиться иным. это может быть страшно. ни борьба, ни сражение здесь не помогут - драться здесь - только истощать себя. она все равно сильнее. она все равно больше. сейчас ее время и ее право.

сдаться телом, формой, жесткой структурой, представлением о себе и устоять в духе - вот вызов осени. и чем дальше, тем бескомпромисснее. пик этого процесса будет позже, в ноябре-декабре, но его дыхание ощущается уже сейчас.

женским, феминным в себе мы можем идти навстречу земле, сладостной темноте, соединяясь, сливаясь с ней, успокаиваясь в ее. рекой себя вливаясь в глубокое подземное озеро - напитываться силой, восстанавливаться. в объятиях Великой Матери пестовать свою способность рождать новое. резонировать с ней, сонастраивать о ее бóльшее свою тишину и глубинную песню. ткать этой песней новую судьбу, подобно тому, как древние боги от карело-финского севера до юга Австралии выпевали, создавали - новорожденный мир. здесь женщинам может быть легче, но не всем и не всегда) если вы женщина и вам такое (вообще или сейчас) трудно - ищите тех женщин, которым легко. сидите рядом. женское перетекает друг в друга, сестра учится у сестры.

но перед мужским, янским в нас, стоит двойная задача. и сдаться, и устоять. и устоять не жесткостью, а светом. этот свет, пронесенный через любое рассыпание, растворение, опадение форм - зажжется новым солнцем в середине зимы, в зимнее солнцестояние, в центре белого сектора шаманского круга, в вотчине Духа. тут я, как женщина, и к тому же еще довольно молодая, знаю меньше, но иду к тем, кто знает и к тому, что знает. это горы, храмы, большие мужчины-творцы, в том числе давно ушедшие, оставившие свои произведения искусства, архитектуры, философии, науки. живые мужчины, особенно зрелого возраста и старики, сияющие рядом с нами. некоторые женщины, особенно перешедшие рубеж фертильности. смотрите в это сияние, его ни с чем не спутать. оно нужно нам всем. оно есть во всех нас.

этот новый свет, пронесенный негасимым сквозь тьму устрашающую - в союзе с восстановленным, отдохнувшим, соединенным со своей глубиной, запитанным в темноте целительной - родит новые формы, неизбежно рождает, каждый раз.

доверять сердцем этому рождению. стоять духом, ложась в объятия пересотворяющей нас. к этому призывает осень.

эти дни вокруг равноденствия - время когда на острие между светом и тьмой покоится Большая Тишина. в этой тишине легче коснуться своей души.

не с тем, чтобы задавать вопросы или получать ответы, но с тем, чтобы глубже знать этот вкус. как это, когда я касаюсь тихой глубины своего сердца.

как встреча, как празднование, как поцелуй. как свидетельствование и признание - вот нежное сердце моей бытийности, камертон моего опыта, сокровенный покой и сладость моего существа.

маятник времени сдается сладкому притяжению гравитации. мир продолжает свой любовный танец. мы танцуем вместе с ним.

знать свой свет, чтобы любить и хранить его. смотреть в глаза своего сердца.

осеннее равноденствие - время трепетного свидания. коснуться губами своей души в точке покоя перед большим движением в одновременно вечную и новую глубину.

воскресенье и бесподобной красоты текст Марка Непо, переведенный Наташей Пресс.

Любить себя — кормить
ясную птицу,
невидимую для других. Замереть в неподвижности,
протянуть на ладони
горстку самых тайных тайн
как зернышки.
Пока птица клюет твои
уже не тайные тайны,
она сияет,
тебе становится легче,
а её голос,
слышимый лишь тебе —
твой голос,
лишенный планов.
Свет проходит
через её тело
и омывает тебя,
пока не удивишься,
зачем сжимал кулак
и прятал эти самоцветы. Люди решат, что ты сошел с ума,
раз ждешь чего-то, невидимого никому.
Но ясная птица хочет только
кормиться, летать и петь.
Хочет только света в теле.
И однажды в вечность,
когда кто-то полюбит тебя,
то возможно увидит,
как она взлетает из гнезда,
свитого под твоими страхами.

(перевела Наташа Пресс, медленно разжимая пальцы)


прозрачность и сияние этого текста, меня настолько потрясли, что я полезла читать, кто такой Марк Непо, и утонула на два с половиной часа в его интервью. мы с дипсиком на лету перевели несколько кусочков оттуда, посмотрите, какая кристальная твердость и чистота, какое теплое, ясное и нежное пламя.

..

"Главный способ извлекать сущностное - иметь мужество встречать то, что приходит с открытым сердцем.
А если мы не можем — что вполне понятно, потому что страх и боль временно закрывают нас, это почти биологический рефлекс — то важно обязательство снова открыть сердце после того, как оно закрылось, снова открыть ум после того, как он схлопнулся, ... как наши глаза моргают много раз в день — так когда сердце моргает, мы должны обязаться снова его открыть."

обязательство снова открыть сердце после того, как оно закрылось

..

"Цели и мечты, как я узнал, — это растопка для того, чтобы быть живым. Не так важно, какова мечта, важно взять мечты как растопку и бросить их в огонь нашей живости и довериться этому."

бросить цели и мечты в огонь нашей живости

..

"Это понятные сужения сердца из-за того, что мы люди. Когда впервые сталкиваешься с кризисом или трудностью, нормально сказать: «Ого, не знаю, справлюсь ли». Или «Мне нужно отвернуться, это слишком больно». Но вопрос: возвращаемся ли мы? Расслабляем ли сердце и говорим: «Будет то, что будет, и мы все будем в этом вместе»."

расслабляем ли мы свое сердце?

..

"Я думаю, каждый человек — часть Бодхисаттвы. У каждого есть дар и трудность, зрелая глубокая пробуждённая часть души и другая часть, которая слепа. Так мы опыляем друг друга в весне нашей человечности. Мы все нужны друг другу. Пробуждённая часть во мне может отсутствовать в тебе, и наоборот — там, где ты мудр и полон удивительного душевного прозрения, я могу быть слеп."

мы опыляем друг друга в весне нашей человечности

..

"..во многих традициях — возьмём тибетскую мифологию — говорится, что духовный воин — не военный, а духовный воин, тот, кто посвящён жизни трансформации, — всегда имеет трещину в сердце, потому что так входят тайны. Быть искренним, не скрывать трещины нашей человечности, изъяны характера или раны, которые мы несём, — необходимо и для целостности отношений, и потому что так всё большее, чем мы, может войти в нас, исцелить и дать устойчивость."

через трещину в сердце входят тайны. и только так большее может войти в нас

..

"Если мы хотим извлекать сущностное из жизни через жабры сердца, если мы хотим стать более искренними, нам нужно распознать, каким образом мы надламываемся и теряем мужество (dishеarten) и развить личные практики, как двигаться к тому, что воодушевляет и оживляет (hеartens) нас. Двигаться от того, что усыпляет — не устранять то, что усыпляет, не устранять то, что немеет, не устранять то, что отвлекает — но как двигаться от отвлекающего к существенному, от усыпляющего к бодрствующему, от онемевшего к живому."

извлекать сущностное из жизни через жабры сердца

..

"..как погружаться в воду жизни, когда опыт, боль, страдание и потеря отталкивают нас. Как мы это делаем? Я думаю, мы не только призваны делать это сами, но нам нужны друзья. Честные друзья. <..> И мы должны иметь мужество пойти к тем, кому мы доверяем, и кого мы любим и спросить: "...что я делаю, что, как ты видишь, не согласуется с тем, что ты любишь во мне?"."

снова и снова входить в воду жизни

..

"Для меня просветление — это не существительное, а глагол. То есть, внутренний свет высвобождается. Внутренний свет проявляется. Внутренний свет создан таким образом, что он оживает между нами."

..

спасибо, Марк Непо, спасибо Наташа. счастье свидетельствовать освобожденный свет.

счастье приникать к нему. к живому источнику жизни, сияющему через такое живое человеческое.

на прошлой неделе я исполнила свою мечту последних лет десяти и отвела наконец себя на танго.

( . . . . . . . здесь место уважения к неназываемому и тайне пока не познанного. и все же я что-то скажу.)

танго - это чистый огонь чувственности, которой есть легальное, вписанное в большой порядок вещей место.

где есть земля, есть небо и есть мужчина и женщина между ними.

где танцуют друг с другом опора и доверие, чуткость и уверенность в выбранном направлении, где мы одновременно и слушаем, и знаем. и не знаем бездны друг друга и своей собственной. и с этим все в порядке, на оси мира, воплощенной в теле каждого мужчины и каждой женщины, между глубиной сердца и высотой духа. ибо и тайны должны быть на своих местах.

это ошеломляющая нормальность, которую мы, кажется, коллективно утеряли, и слава богу, тоскуем по ней, можем искать ее самыми разными способами и приникать к ней как к живой воде, вдруг обретая.

и вот мы, мужчины и женщины, танцуем в маленьком зале с белыми сводами, близко друг к другу, так что слышно дыхание и биение сердца, у одной из стен распахнутый оргáн, святые смотрят с икон, святые смотрят со всех сторон, и это одновременно так верно и хорошо, и так фантастически ново для всей системы тела, сознания и души.

когда встаешь с отсиженной ноги и кровь возвращается в обездвиженную конечность, сначала ничего не чувствуешь. потом немота наполняется острыми иглами, и это и животворно и больно и нужно глубоко дышать, пока живая горячая кровь согревает то, что забыло, что оно живое, потеряло связь с остальным большим телом. а потом встаешь на эту ногу, переступаешь неровно, и делаешь шаг. и идешь, и танцуешь.

так и душа.

мы вспоминаем свое забытое глубинно здоровое, забытую связь, забытую соединенность. находим верное место, встаем туда и этим упорядочиваем хаос.

огромная и благословенная работа.

спасибо, Марина и Дима, и все, кто оказался и оказывается причастен этому продолжающемуся чуду.

всем, кто выбирает быть причастным чуду живого в своей жизни.

..

mi pequeño amor, todo vive en ti - моя маленькая любовь, все живет в тебе..

один из танцующих, Федя Матирный, публикует в чате практики песню с переводом. последние несколько дней я включаю ее каждое утро, и танцую, не вылезая из кровати.

моя маленькая любовь, все живет в тебе - было спето мужчиной женщине. но какие же это прекрасные слова Бога, обращенные к человеку.

Навоз, цветы и самоцветы pinned «с возвращением в Москву и началом школьного года для сына (господиисусе, 3 класс!) у меня высвободилось время и внимание для рабочих процессов. тепло и радостно, соскучилась по работе и ее ритму. сейчас у меня есть два места в регулярную терапию (терапия…»

с возвращением в Москву и началом школьного года для сына (господиисусе, 3 класс!) у меня высвободилось время и внимание для рабочих процессов. тепло и радостно, соскучилась по работе и ее ритму.

сейчас у меня есть два места в регулярную терапию (терапия травмы, в т.ч. с использованием IFS-оптики, процессуальная и полевая работа). также ко мне можно прийти на соматическую сессию или разовую полевую/шаманскую работу.

~ в терапии травмы мы работаем с отпечатками прошлого опыта, который сужает и закупоривает реку нашей свободной жизненности в теле и психике. работая с этим, мы научаемся жить, течь и дышать свободнее, меньше зависеть от прошлого опыта, больше соединяться со своей живой силой, действовать и выбирать из нее. а еще культивируем доброе, щедрое и милосердное отношение к самому себе.

~ процессуальная оптика помогает найти неочевидные пути, проводит внутренних верблюдов через игольные ушки, а нас - к тем граням нашей природы, которые мы не то, что забыли, а вообще не знали, что это тоже мы. ну и к тому же, это просто очень красиво.

~ полевая работа помогает там, где движению души нужна поддержка больших сил и широкий взгляд, включающий не только индивидуальный опыт, но и опыт тех, с кем мы связаны (как правило, это предки, рожденные и нерожденные дети, нынешние и бывшие партнеры, но бывают и другие люди, по какой-то причине глубоко связанные с нами или вошедшие в семейную систему). в полевой работе я использую расстановочную и шаманскую оптику, а также то, что я подчерпнула, учась у разных мастеров.

все вместе - рабочий микс для того, чтобы шаг за шагом двигаться к большей свободе, полноте и жизненности.

я практик Дисциплины Аутентичного Движения, поэтому в центре любой работы - встреча с Человеком там где он или она есть, в любой момент жизни и пути. для меня это место большого трепета, уважения и любви.

* стоимость регулярной работы прежняя 6000 р. онлайн.
* соматическая сессия очно/онлайн 6500 р., для студентов программы IBMT сохраняется студенческая стоимость.
* разовая полевая/шаманская работа 7000 р. онлайн.
* индивидуальная сессия Аутентичного Движения 7000 р. очно.

пусть эта осень приносит хорошее движение, пусть дары ее будут добрыми.

ну и еще немного полуночного шаманского радио.

как взаимодействовать с природными феноменами так, чтобы учиться и брать у них? горы, реки, растения, деревья, травы, погодные явления - живое и говорящее тело земли. на большой природе и в городе - где полтора куста среди асфальта.

я думаю, что существует много способов, поделюсь своими. у кого есть свои - добро пожаловать, делитесь тоже, буду рада уточняться и узнавать, а как еще можно)

для меня это два основных аспекта: работа сердца и работа внимания.

работа сердца - это склониться перед Другим Живым. признать его живую сущность, непостижимое таинство.
для этого жеста есть хорошее слово "уважение", и что-то немного (или много) большее. склоненному сердцу открывается многое: и вершина, сокрытая облаками, и тихая речь цветка, и бездонное молчание камня, провожающее туннелем к началам времен.
работа внимания - открыться и сказать "да". согласиться с тем, чтобы впустить в себя другое живое и быть измененным этим (хотя это тоже работа сердца, но тут и жест внимания, пожалуй, более оформлен). быть измененным - и через это узнать.

с людьми и человеческими творениями так же, но это намного страшнее)) тренироваться на котиках и травушках безопаснее, особенно тем, кто ранен человеческим (то есть, примерно всем).

открыться другому человеку - как цветку, как морю, как горе - большой риск. рискуя - мы изменяемся непоправимо и в этом и красота, и опасность настоящей встречи.

соглашаясь меняться, с каждым касанием, каждой встречей, мы остаемся живой рекой, течение которой непредсказуемо. давая жизни праздновать себя через нас - мы совершаем одновременно и молитву, и творческий акт.

так мы служим жизни.

природные явления, растения, животные целительны для нас, поскольку, в отличие от человеческих существ, они являют собой нерасщепленный поток жизни. и с их помощью мы можем выравниваться и течь относительно безопасно для себя, более того, укрепляя, наполняя, заращивая раны и пустоты, рожденные человеческим. соединяясь с жизненностью, разлитой в природе, мы постигаем свое глубинное неодиночество.

и когда мы так глубоко и подлинно неодиноки, соединены с большим и живым миром - мы можем обрести и больше смелости открываться другому человеку и быть в соединенности с ним. не прилепляясь намертво, но подвижно соединяясь и разъединяясь в ритме большого дыхания жизненных циклов.

неразрушимая опора вечно изменяющегося живого. где каждый из нас - живой пульсирующий сосуд большого сердца мира.

с гор Сванетии есть еще один подарок, который было сказано передать.

августовский лед - это дар ясности. но ясности, не жестокой, не режущей, не бьющей наотмашь, это не внечеловеческий хрусталь января.

это ясность чистая, бескомпромиссная, но ласковая. ясность, которая поит реки жизни. ясность, благословляющая, сияющим ручьем льющаяся через сердце. это легкое "да", легкое не потому, что это просто, но потому что это истинно.

это радость духа, это "да, родной, да, родная, следуй себе, иди живи свою правду". ласка света, дарованная тем, кто отважился.

к сияющим нитям, текущим с августовского ледника можно приложиться той частью души, что измучена мутным, неопределенным, неясным. можно попросить о том, чтобы смягчилось, стаяло то, что запуталось в неправде о себе и выскользнуло, протекло живой водой в сердце.

это дар следущего шага, который видно и который благословлен.

"Первое, что надо воспитывать в себе, это сердце, способное отдаваться всецело, раскрываться до конца, давать Божиему свету проникнуть во все его уголки, так чтобы не оставалось никакой тени, тем более никакой тьмы"
Антоний Сурожский

"Каждый человек обязан раскрыть перед своим нафсом (я/эго/личностью) книгу вдохновения, дабы напомнить ему о его Первоисточнике"
д-р Джавад Нурбахш, глава суфийского братства Ниматуллахи

*

когда идут дожди и сдает тело городского хлебушка, непривыкшего к горным нагрузкам, появляется время читать.

я читаю о сердце. как это одновременно естественно и желанно и как трудно!
сердце, онемевшее, плотное, жесткое, косное. неповоротливое, стылое от стольких форм нелюбви внешней и в нелюбви собственной, не знающее бога.

и сердце, узнающее свет, по чуть-чуть, тоненькими ручейками, такими, как оно может провести через себя, не разорвавшись.
в каждый момент времени по-разному. всегда неизмеримо меньше, чем ( ).

парадоксально, как это, что любовь - это одновременно самая естественная и сама трудная штука на свете. впустить любовь бога в свое сердце. впустить любовь человека. вдох-выдох. и наружу к другому человеку, другим людям, миру, богу также - и самое естественное, и самое трудное движение любви.

животворное движение.

"Сердце - это град, расположенный между владениями Единства (дух, рух) и землей множественности (нафс)", - пишет Нурбахш.

думаю о том, как человеческое сердце распростерто, растянуто между корневой потребностью в живой воде любви и глубинным же корневым ее духовным знанием, и той другой частью своей природы - чувствительной, вынужденной схлопываться, мертветь, твердеть от боли, закрываться от боли нелюбви, - знающей такие разные оттенки игр множественности.

мы начинаем закрываться младенцами - ни одно живое существо на земле, никакая мать, никакой отец, не способны явить ту любовь в том объеме и том совершенстве, которую едва пришедшее сюда живое существо знает телом из материнской утробы, и помнит сердцем из той соединенностью с богом, духом, любовью, что была до тела, до всякой плоти, до воплощения. изгибы человеческой природы делают это невозможным ни для кого из смертных.

и всю жизнь потом мы продолжаем сердцем проживать влияние жизни, сердцем делаем выборы. сердце дышит: то сжимается, то приоткрывается, вся жизнь - путь и дыхание сердца.

пока я пишу эти слова, облако накрывает гору, окутывает поселок. из окна дальше чем на сто метров ничего не видно. так и сердце. занавешивает себя, закрывает туманом неведения, не-желания-ведения, ибо ведать - больно.

тут милосердие приходит на помощь - настолько, насколько мы его можем вынести. и смирение как согласие с тем, что мы, люди, как тортик наполеон или как устрица - слоистые, сложные, и нежные, и жаждущие света, и косные, и жестокие существа.

*

здесь, в горах, очень легко молиться. я молюсь почти все время, (почти все, что не занято привычной жвачкой ума - ее тут тоже становится видно как на ладони).

сегодняшняя молитва о том, чтобы сердце не теряло направление. во вдохе и выдохе, в приоткрытии и сжатии. мое сердце и сердце каждого и каждой, кто знает в глубине себя эту жажду. жажду той полноты божественной любви, которой принадлежим мы все.

магомет ходил к живой горе, принес благословений, было наказано передать.

они для всех и они разные.
для женщин. и для мужчин.

*

для женщин - о первозданном женском. живом, текучем, подвижном. наполняющем любовью сердце и наслаждением тело. танцующем, игривом, чистом, сильном.

живой ручей жизни, что течет через тело, качается в бедрах, сочится в сердце. о легкости любить, о легкости питать собой то, что она выбрала. питать ребенка, питать мужчину, питать свои творческие акты.

это о том, как женщине вспомнить себя истоком. по праву рождения пьющей из вечного лона Матери Мира и передающей дальше, безусильно, просто как она и есть сама это лоно, это тело, этот источник, это цветущее молоко любви. эта танцующая правда и эта сила, рожденная прежде всего, что в мире было названо силой. смеющаяся в блаженстве.

и право одаривать, и право удерживать это, скрывая. безусловное и неотъемлемое.

*

для мужчин - иное. пить из ее истока, сколько нужно, потому что он бесконечен. склонить сердце, голову и колени, признать свою нуждаемость в ее любви. прежде всех женщин была Мать - и это то место, где может быть запитано высохшее, исцелено тоскующее.

приноси сюда, мужчина, то место себя, что не знало как купаться в ласке любящей женщины, любящей матери. то место себя, что обездвижилось, застыло, стало жестким от холода и нелюбви.

любви достаточно. любви для тебя достаточно. ее очень много, безгранично много, хватит чтобы завернуть в нее тебя всего с головы до ног и пропитать как ромовую бабу. для любого тебя, для любого места твоего сердца. и более всего - для тех, где за семью замками живут голод и страх.

бери, мужчина. это тебе. это для тебя. это твое. бери сколько нужно.
чти реку, питающую тебя.

*

гору зовут Ушба.
берите, дорогие, из текста, из фото.
пусть служит живому в вас.

слава богу, август. чувствую себя проснувшейся от тяжелого сна последних месяцев. как, не приходя в сознание, продолжать делать вместе с другими хорошие, светлые, важные вещи - спасибо, это был отличный мастер-класс, можно мне пожалуйста следующую серию. что-то осталось не сделанным, и это жаль.

несколько часов назад я схожу с трапа самолета и выдыхаю. вайб моего Тбилиси "всякое дыхание да славит Господа". я живу в кришнаитском хостеле, с балкона видно шпиль лютеранской церкви, Иисус подмигивает из-за дверного косяка, я, мол, тебя вижу.

я танцую на балконе, буддистские флажки висят вперемежку с мужскими трусами кельвин кляйн. "милостью Господа, мы тут!" - доносится снизу. "а он удивительный человек, у него три коровы и одна на сносях!"

меня кормят острыми пирожками, рисом с картошкой и персиками, наливают сладко пахнущий шен, я еще не знаю, где моя комната, но это уже совершенно не важно.

акация сыпется лимонным дождем, впервые за последние месяцы снова начинают приходить стихи. сегодня вечером я читаю их в зале с деревянным потолком, камином, Кораном, Бхагават-гитой и Библией на полках где-то между местячковыми грузинскими поэтами, духовным рэпом и диджейским битом я не знаю, как это все получилось, но мне очень нравится.

"что такое настоящее служение?" - продолжает вопрошать местное радио-гуд-карма. думаю сегодня, что служение - это кланяться Жизни, проходящей через меня. соглашаться, соглашаться и проводить дальше.

так и спасемся.
(или нет. но у раскрытых глаз красоту все равно не отнять).

спасибо, что все так. чувствую себя очень живой и опять самой себе очень незнакомой. через несколько дней горы.

пишите, о ком попросить благословений у древней и дикой земли. попрошу.