Вяло вставая, направляется к мини-кухне, выискивая вторую спрятанную бутылку спиртного среди прочего химозного говна, которым Эрик вечно закупается, полностью игнорируя свои проблемы с желудком. Вот она, "серебряная", или, следуя названию - Olmeca Tequila Silver. Эрик хватает близ лежащий нож, ковыряя горлышко, молча надеясь, что сможет открыть без того, что отрежет себе палец. Кое-как срезав язычки, наконец-то получается вынуть пробку. Губами мгновенно прильнул к горлу бутылки, не церемонясь с бокалами, на язык попадает мягкий, слегка терпкий вкус текилы, смешанный чем-то сладким с цитрусовыми нотами и едва горьким послевкусием. Самое то, чтобы напиться и уснуть в слюнях.
Эрик возвращается на диван, ковыляя, пока отвечает на обеспокоенные сообщения Барбары, той не стоит знать, что ее любимый дружбан снова жалко выпивает, размышляя о своих "неправильных решениях", а потом все следующее утро проводит у унитаза, сблевывая чуть ли не органы и обещая себе, что это точно последний раз.

Это точно будет последний раз. Эрик клянётся себе, что перестанет жалеть себя и возьмёт яйца в руки. Но сейчас он выпьет, уже нечего терять, уже начал.

В сериале как обычно происходят самые неожиданные повороты судьбы, главная героиня оказывается беременной от своего лучшего друга, что по совместительству ее бывший... Что, блять? Эрик особо не вслушивается, пусто глядя в телевизор, опустошая прозрачную бутылку с бирюзовой этикеткой. Рукой он теребит шнурки красной толстовки с белыми рукавами - его любимой, которую он приобрел ещё несколько лет назад, а носить не перестает, уже часть его жизни, он оттягивает их, а потом накручивает на пальцы, чутка опускает и все заново. От спиртного голова туманится, он и не замечает, как уже лежит на разноцветных подушках, купленных ещё Барбарой в момент их совместного проживания в квартире, так было проще в период обучения в университете, аренда пополам (хотя Эрик предпочитал оплачивать полностью сам, он же джентльмен), да и так веселее. Жить в одной квартире с лучшим другом детства, разве это не мечта? Каждый вечер вместе, хоть это иногда и надоедало, но Эрику нравилось, Барбара была ему как сестра; жила по соседству, ходила с ним в одну школу, если была возможность, всегда сидела рядом с ним, большинство событий в его жизни не прошло без ее участия, хотя бы косвенного. Сейчас же их общение ограничивалось парой-тройкой сообщений, половина из которых были переживаниями Барбары по поводу жизни Эрика, предлагала даже пожить с ним, пока все не уладится. Но он что, маленький мальчик? Сам справится. Он и сам может напиться и уснуть. Ему не нужна в этом чья-то помощь.

Перед глазами начинала плыть картинка: лампа смешивалась с белым потолком, мешая точно сосредоточиться на одном. Щеки приобрели едва заметный румянец, алкоголь подействовал. Иногда было стыдно за такое, но в данный момент это было последним, что могло бы волновать Эрика. Он уже пьян, но все равно пытался как-то разглядеть происходящее на экране. Но телевизор загораживало большое чёрное пятно, мешающее увидеть ссору героев по поводу их совместного житья. Эрик щурится, пытаясь разобрать, что это за пятно и почему оно становится все больше с каждой секундой. В ушах немного звенело, так что шаги приглушались.

– Ну ты и напился, щенок, а? — тихий шепот не был похож на голос из телевизора. Эрик насторожился. Картинка складывалась воедино, то было не чёрное пятно, это была мужская фигура.

— Ты-то, блять, кто... — неразборчиво бормочет, приподнимаясь на локтях и смотря на дверь, не закрыл что-ли? Сосед опять пришел стучаться по поводу того, что Эрик залил им квартиру?

— Не помнишь? — голос становится громче с тем, как фигура подходит к дивану, хватая Эрика за щеки и поднимая его лицом к себе. Тот уже сотню раз пожалел, что выпил, ведь лицо "собеседника" казалось размытым, но Эрик понимал точно, что на нем что-то типа маски или это балаклава? Все плывет. — Разнесло же тебя, милый. Неужели твоя сладкая жизнь закончилась, ммм?