Когда лето миновало и осень окрасила листву, крона снова начала падать, а цены полезли вверх, что уже никого особенно и не удивило. Дороговизна стала фантастической, даже богатые люди не позволяли себе покупать новую одежду, рабочие, служащие, безработные выдвигали все новые требования, одна поездка на трамвае стоила уже тысячу крон, килограмм масла – пятьдесят тысяч.

В октябре в атмосфере всеобщего ожесточения, нервозности и беспорядков собрался парламент. <...Канцлер> Швертфегер представил собранию безрадостное финансовое положение страны, а затем сообщил:
– Скажу честно: большие и тяжкие жертвы предстоят христианскому населению Австрии. (Выкрик на галерее: «Конечно, только христианам, евреев-то мы выгнали!») Жертвы, которые потребуют мужества и гражданской верности! Правительству нужны деньги для поддержания экономики, а, так как мы более не получаем кредитов из-за границы, мы вынуждены собирать колоссальные суммы на управление...