Как всякий писательский дневник, «Парижский отчет» содержит бесценный материал: здесь и наблюдения над французской городской жизнью (отели, «чад автомобилей», букинист на набережной), портретные зарисовки, от министров и академических германистов до официантов, и гедонистические впечатления от французской кухни. Он живет в «Пале д’Орсе», типично «туристическом» отеле и при этом «излюбленной арене для свадебных обедов» и «клубных балов», где временами «пахнет праздником и играет скверная музыка», описывает свои публичные выступления и охватывающее его волнение, свой «мистический ужас» перед фотосъемкой или восторг перед трогательно демонизированным им телефоном (образ, встречаемый нами и у его современников Мандельштама и Беньямина). Он с потрясающей глубиной описывает встречу с Иваном Шмелевым и цитирует шокирующие страницы из «Солнца мертвых», делится впечатлениями от облика Бунина и Мережковского.
<...>
С тонкой самоиронией Манн пишет о встрече «латинской цивилизации» с германским «природным романтизмом», «классического raison» — с «романтической sensibilité», подчеркивая, что обе культуры уже утратили резкие контуры подобного габитуса и пытаются развиваться в сторону осознанной «меланхолии свободы, которая есть атмосфера согласия». То и дело, в откликах парижских интеллектуалов или собственных воспоминаниях Манна всплывает призрак «Размышлений аполитичного», от которых он если и отрекается, то с оговоркой об иллюзорности упований на «культуру» и «пацифизм», но и с предостережением от всякой героизации «расового» начала, грозящего разрушительным хтонизмом. Выход видится ему в построении общеевропейского будущего, которое хрупко как никогда. Спустя меньше чем семь лет и Германию, и Европу ожидает катастрофа, и, по выражению автора предисловия, Манн пишет, уже словно «озираясь на это будущее».
Полный текст рецензии
+++++
Купить «Парижский отчет»