несвоевременное воззвание

В 2001-м году вышла на экраны «Принцесса Аритэ» (нет, не «Ариэтти»). Над фильмом работали Сунао Катабути, студия 4°C и Орига (да, в фильме звучит песня на русском языке). Это самая близкая к текстам Урсулы Ле Гуин аниме-работа, несмотря на то, что у нас есть вроде как экранизация от Горо Миядзаки, а источником послужил рассказ другой писательницы — Дианы Коулз.

Плевать на местами деревянную анимацию, на лениво подпинываемый сюжет.
Из всего цикла о «Земноморье» мне страшнее всего было читать про путешествие на лодке Аррена и раненого Геда: ни врагов, ни друзей вокруг, только вода и странная апатия, поглощающая мир. Полная капитуляция человеческого существа. Аррен ещё способен, но перестаёт грести. Что-то похожее есть в «Принцессе Аритэ»: проклятая девочка не превращается в лягушку, она просто-напросто лишается воли к жизни и, запертая в подземелье, волшебство подаренного колечка тратит на то, чтобы украсить стены своей тюрьмы.

Это очень тихий, меланхоличный фильм без единой битвы со злом и принцессы, спасающейся от тупых мужланов и драконов силой гёрлбоссинга. Мне нравится, что вместо карикатурного сочетания трусости и мачизма в местных женихах видна сделка с собственным малодушием. Они почти верят в свои чувства к девочке вдвое (втрое?) младше, в её непревзойдённую красоту, в свои подвиги (кражу чужих святынь), в историю о привезённой из Африки (сорванной в восточном саду) для принцессы розе.

Такая редкая интонация для аниме в наше время.

По какому-то недоразумению никогда не упоминала здесь The School Nurse Files — великий корейский сериал о профессиональном выгорании медсестры, совмещающей профанные обязанности и борьбу со сверхъестественным желе. Борьба включает в себя заплетание волос на чужих подмышках, поедание клещей и стрельбу по огромной жабе.
У сериала отличный каст, и по каждому персонажу видно, кто он такой. Актёры переигрывают настолько, насколько это необходимо для гротескной истории, в которой потусторонние опасности устраняются с помощью игрушечного пластикового меча. Компьютерная графика тоже не гонится за натуралистичностью, она похожа на компьютерную графику — и это выглядит хорошо и стильно.
Вообще, во всех аспектах сериал замечательно сбалансирован: иногда смешно, иногда грустно, иногда грустно, но по-прежнему можно подавиться от смеха. Именно поэтому второго сезона не будет.

Последние месяцы лежала в направлении постинга, в этом месяце планирую ползком добить большую часть своих многократно нарушенных обещаний.

Посмотрела «Бедных-несчастных», но сначала прочитала «Бедных-несчастных». Когда-нибудь я соображу несколько абзацев о том, где именно между «Собачьим сердцем», «Франкенштейном» и «Пигмалионом» находится фильм, а пока даже в дебаты об эмпауэрменте вникать не буду (да, это фантазия о гиперсексуальной легальной нимфетке, нет, это не фантазия о гиперсексуальной легальной нимфетке, кстати, в книге это всё-таки фантазия о гиперсексуальной легальной нимфетке, но фильм не книга, однако это всё ещё две версии одной истории — о том, что искусственный мужчина рождается как человек вообще, а искусственная женщина рождается всегда как женщина, поэтому тот нюанс, который Лантимос исключает из экранизации, многое говорит о его авторской позиции, об обществе, обо всём на свете). Так вот,

мне показалось забавным, как фильм отражает некоторые особенности англоязычного (американского? западного?) дискурса, в котором, с одной стороны, происходит либвошинг всех и вся: коммуниста и анархиста не назовут коммунистом и анархистом, его назовут социалистом, социалиста назовут левым, а если и «левый» звучит слишком радикально, то малкольмы иксы и юри котиямы по мановению волшебной палочки превращаются в (либеральных) «активистов». С другой стороны, в интернете (за пределами которого я жизни не вижу) вылупляются маленькие «социалисты», симпатизирующие красноватой эстетике и такой радикальной социалистической политике как прогрессивная налоговая шкала и доступное высшее образование. Так вот,

радикальное (нет) левое (нет) сюрреалистичное (нет) кино Лантимоса заимствует на минутку у левых «товарищей» и «средства производства», чтобы сходу товарищески по отношению к автору исходника, шотландскому националисту, перенести место действия в столицу империи, от которой Шотландия пытается отпочковаться до сих пор.

Хорошо, что Эмма Стоун смешная и красивая, костюмы — пышные и сложные, декорации — цветные и насыщенные; ещё бы половину диалогов вырезать и шутку про Диогена.

Посмотрим, кто победит, после того как я одним решительным рывком прикончу текст про зверинец Васкеза, моя неспособность читать практически любые тексты о любви или моя неспособность устоять перед сравнением чего-нибудь с чем-нибудь?
А ведь мне не то чтобы сильно понравилась сама игра...

С интересом ковыряю педосрач полугодовой давности, увидела кадр — и мерзко подавилась от смеха. Чардиз, поза, мимика, текст, стык стула и батареи — если уж делать плохо, то сразу всё.

Вопрос о реализме здесь упирается не в возраст героев (да, кто-то и в 12 успел), а в том, о каком реализме идёт речь. Мы, судя по кадру, имеем дело с порнореализмом. На кого рассчитан чардиз ребёнка, полученный механическим увеличением взрослой женской головы? Кому пришло в голову, что это хорошее решение? Ответ-то простой — чардиз сделан в соответствии с порноконвенциями реалистичности: 20-, 30-, 40-летние женщины в школьной форме с томным потупленным взглядом должны считываться как школьницы. Тропы в тексте тоже позаимствованы из порнорассказов. А мимика, видимо, настаивалась с нулевых. Сейчас губу не закусывают ни на экране, ни в жизни.

В общем, насколько педо- здесь педофансервис, решайте сами, но вот это вот в любом случае будет считываться как отклонение, ошибка (и анахронизм). Потому что резко меняется регистр.

Все знают, сколько позаимствовал у «Паприки» Нолан, но позаимствовала ли что-то «Паприка» у вышедшего прежде неё «Города потерянных детей»?
Профессор изобретает аппарат, позволяющий смотреть чужие сны, реальность и фантазия смешиваются, девочка и старик меняются ролями в конце фильма.

Надеюсь, кто-то всё-таки пошутил, что Slay the Princess — это экранизация (лудофикация?) известного стихотворения Генриха Сапгира, которое само по себе выстроено по рогаликовой схеме.

Добралась до «Мальчика и птицы» («Как поживаете?»), по пути домой читала вежливые умеренно недоумевающие рецензии про очень интересно, но очень непонятно — артхаус какой-то.

У культурных людей в России принято не любить коммунистов и любить Миядзаки, поэтому его политические взгляды ретушируются абстрактными пацифизмом и гуманизмом. В конце концов, какое нам дело до чьей-то профсоюзной деятельности и причин, по которым он когда-то отправился в СССР? Дед и правда ненастоящий — разочарованный — марксист. Но «Мальчик и птица» становится в разы понятнее, когда вы знаете, что случается с разочарованными марксистами.

Мир не становится удовлетворительнее. Ничто не заменяет место предавшей человека надежды. Будущее гаснет. Единственное, от чего такие люди могут получать удовольствие, это фантазии об Апокалипсисе. О том, что вся невероятная жестокость рухнет под собственным весом и покроется зарослями вместе с похороненными там дуче и вавилонской башней XX века.

В «Мальчике и птице» герои не летают — они падают.
От фильма к фильму всё заметнее становится прогрессирующая мизантропия автора. Единый мир «Навсикаи» и «Лапуты» раздваивается, а здесь окончательно погибает его волшебная часть. Потому что Махито не может сотворить мир без фашизма из 13-и кубиков и не может спасти мать, дарящую ему настоящую «Как поживаете?». Он остаётся с новой матерью-Японией на стороне отца, владеющего военным заводом и военными самолётами.

Финал, где Махито выдаёт клише за клише о встрече новых друзей и счастливо возвращается в реальный мир, чтобы стать свидетелем бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, ощущается почти издёвкой. На самом деле это обычная капитуляция.

Для чего создавалось такое помещение? Почему связанный мужик сидит напротив панорамных окон? Зачем на стене висят копья? Что тут собрались отапливать камином? Откуда взялась кокетливая вазочка? Как подсвечники, камин и двери располагаются в пространстве?

Дизайн окружения не наводит на мысли, что в любом более-менее приличном боевике он бы уже покувыркался разбивать стекло, перерезать верёвки и дальше прыгать по крышам к своей свободе? Нет?