Удивилась два раза в этом месяце.

В первый раз тому, что PLUTO по манге Урасавы оказался сериалом про войну в Ираке.

Во второй раз тому, что дорама «Мои призрачные клиенты», где прогоревший на криптовалюте мужчина, умерев и встретив бодхисаттву, становится консультантом по трудовому праву, оказалась менее искусственной, что ли, чем ремейк «Гильотины» Коста-Гавраса — «Метод исключения» Пак Чхан Ука. В обоих фильмах рабочий теряет место в компании, сбережения и самоуважение, и решает выследить и убить более квалифицированных конкурентов. В «Гильотине» он использует пистолет, принадлежавший отцу-нацисту, в «Методе исключения» — оружие, сохранившееся со времён войны во Вьетнаме, в которой Корея выступила на стороне антикоммунистов.
У позднего Коста-Гавраса ещё сохраняется рудиментарный персонаж, призывающий главного героя проявить солидарность с товарищами по несчастью. Но это уже не всерьёз, а так — сносочка, лирическое отступление, шутка в сторону, и спустя мгновение мы возвращаемся к персонажам, которые либо с отвращением к себе и миру решают идти по головам, либо становятся заложниками собственной добродетели, беззащитными жертвами системы. Ничего нового, в общем, но при просмотре «Метода исключения» я подумала, что, независимо от темы, сам тон фильма, то, как он поставлен, его ритм — всё это постепенно устаревает. Скоро совокупность приёмов кристаллизируется и обретёт ёмкое пренебрежительно сформулированное описание, если ещё не.

В то же время в полной продакт-плейсмента и несмешных шуток дораме вообще ничего кинематографичного нет — есть зато куча заживо сгоревших работников склада, изучающих призрачные боевые искусства спустя пять минут после смерти. И всё же немного приятнее видеть на экране людей, готовых со своим и чужим положением что-то делать.
Можно справедливо заметить, что фильм и сериал представляют две стороны одной медали: в первом всё пропитано пораженчеством, во втором — наивным оптимизмом в отношении реформ. А мне всё равно сериал понравился больше, потому что пессимизм фильма — это даже не страх перед волшебной всемогущей капиталистической машиной, а разочарование в самом рабочем классе. О таких интересных левых фильмах Радльмайер снял «Самокритику буржуазного пса».