Все любят заигрывания с нафталиновой европейской живописью, но кто вспомнит, что сцена со стеллажом с прокладками из последнего бездуховного «Оно» позаимствована из «Оборотня» — забытого мастерписа в категории фильмов для девочек-подростков?
Пока вёрджин ремейк-экранизация стыдливо намекает на месячные метафорическим фонтаном крови из раковины, в чадовом прототипе «Тела Дженнифер» тупой популярный парень тм подкатывает к одной из героинь с предложением накуриться, чтобы облегчить менструальные боли.
Великие фильмы о том, что девичество — это спектр, на одном конце которого — желание питаться человеческой плотью, а на другом — сложная близость с монструозной женской фигурой, должны начинаться с серии постановочных фотографий с разыгрыванием двойного самоубийства, продолжаться — лечением оборотничества гомеопатией и захоронением трупа одноклассницы в мамином саду, а заканчиваться — мёртвым «хорошим парнем», с которым ни у кого ничего не было, и рыданиями над волчьим телом.