В минувшую субботу на сеульском проспекте Сечжона между мэрией и воротами Суллемун, больше известными как Намдэмун, собралось около 200 тыс. человек, приехавших ради этого в южнокорейскую столицу со всех уголков страны.

Приехали они, конечно, не ради покупок или прогулок по паркам, а за тем, чтобы потребовать от не так давно избранного президента Юна уйти в отставку.

Внешне события прошедшей субботы сильно напомнили протесты, приведшие в 2017 году к импичменту Пак Кынхе.

Президент от (условно) консервативного лагеря, трагическая массовая гибель молодых людей, обвинения в незаконном давлении со стороны правительства/администрации президента в отношении прессы/третьих лиц и декларируемая некомпетентность президента и отдельных членов его правительства…

Однако на сей раз народное недовольство сконцентрировано не только на личности самого президента РК, но и на его супруге, что довольно необычно (на наш взгляд) для южнокорейской политической культуры.

В этой связи невольно задаёшься вопросом, в чём же провинилась Ким Гонхи, чем она снискала такую нелюбовь у протестующих?

И самый простой ответ на данный вопрос – это её яркий образ, слишком выделяющийся на фоне обычно не слишком заметных жён предыдущих президентов РК. И как тут не вспомнить Раису Максимовну…

Если же попытаться провести аналогии с кейсом Пак, то в голову приходит фигура Чхве Сунсиль, являвшейся, по мнению протестующих, тем серым кардиналом, который оказывал незаконное влияние на президента, обладавшего не самыми выдающимися личными качествами (образ Юна, который транслируют в оппозиционных СМИ, как нельзя лучше подходит под это описание). Между прочим, злые языки и Раису Максимовну критиковали за чрезмерное влияние на супруга.