Хотел порадовать уважаемых читателей к прекрасному празднику основания первого корейского государства, Кэчхончжоль, или «Дню, когда небеса разверзлись [и явили миру Древний Чосон]». Но в силу занятости на мероприятиях для молодёжи корё-сарам (так совпало) просто не успел.

В общем, речь идет о пока не изученной мной лично, но в целом давно ожидаемой работе северокорейских учёных, которые теперь используют в своих мифологемах не только (якобы) кости Тангуна, но и довольно известную в узких кругах «Хвандан коги».

В силу известных обстоятельств статья пока не доехала до Южной Кореи, где в настоящий момент я провожу свои научные изыскания. Однако на первый (и второй, и третий) взгляд представленный на скрине текст выглядит вполне себе северокорейским. Хотя я, конечно, не самый надёжный специалист в данном вопросе, но очень уж он похож на то, что я до этого многократно читал и переводил, когда готовил текст своей кандидатской.

Для тех, кто не очень погружён в удивительный мир корейской националистической историографии, поясню. «Хвандан коги» представляет собой сборник якобы древних исторических сочинений, который, как утверждается, был составлен ещё в 1911 году. Подробнее о нём можно прочитать здесь. Проблема заключается в том, что первое достоверно известное (полное) печатное издание появилось только в 1979 году, а за пределами весьма специфических кругов этот текст обычно считают апокрифом или просто корейской «Велесовой книгой» (да простят меня её поклонники), оформившейся в нынешнем виде во второй половине XX века (её частично издавали ещё до полной публикации).

В общем, северокорейские историки, видимо, решили использовать это великолепное произведение при изучении законодательства Древнего Чосона. В статье «Юридическое исследование ‘восьми [запретительных] статей Тангуна’ Древнего Чосона» «Хвандан коги» фигурирует в качестве исторического источника.

Горькой иронией выглядит приведённая в начале статьи цитата товарища Ким Ченына о необходимости «правильно понимать историю и культуру нашей (корейской) нации», учитывая тот факт, что сам «памятник», по мнению многих специалистов, был создан не просто для возвеличивания корейской истории. Некоторые злые языки связывают его появление в том числе с желанием срубить как можно больше денег с пожилых «ачжосси», думающих на старости лет отнюдь не о величии Римской империи.

Ну а с другой стороны, раз Тангун в северокорейской мифологии является вполне реальной личностью, чьи останки северокорейские археологи объявили найденными и датированными ещё в начале 1990-х, то отчего же брезговать «Хвандан коги»? Тем более что на Юге определённая публика его вполне себе «хавает», а альтернативной точки зрения в КНДР всё равно не существует.