Русский и кореец - братья навек?

Россияне удивительно мало осведомлены о том, какие чувства к ним испытывают окружающие народы. Возможно, это связано с бескрайностью российских просторов, в которых легко потеряться мыслями и откуда и заграницы-то не видать. А, быть может, это издержки имперского сознания: все в мире нас боятся и уважают. В любом случае, о том, что горстка храбрых корейцев якобы на пару столетий остановила экспансию России в юго-восточном направлении (в сторону Маньчжурии, Кореи и Приморского края), у нас мало кто слышал.

Конечно, история российско-корейских взаимоотношений на столь раннем этапе интересна лишь немногим специалистам. Однако в год, когда мы пафосно празднуем тридцатую годовщину установления дипломатических отношений между Российской Федерацией (как правопреемницы СССР) и Республикой Корея, хотелось бы немного рассеять туман истории и коротко рассказать о первом документально зафиксированном контакте между русскими и корейцами.

В упомянутых в более ранних постах «Реальных записях правящего дома Чосон» (조선왕조실록 ; 朝鮮王朝實錄) Россия, а, точнее, русские казаки, впервые появляются под именем расон (라선 ; 羅禪) в связи с событиями, известными у нас как Албазинские войны (1649 – 1689 ). Они упоминаются 4 раза в период правления государя Хёчжона (효종 ; 孝宗) (1649 – 1659).

«Расон» перекликается с расхожим именованием русских казаков, которое было принято в это время среди тунгусских племен и маньчжуров, – «лочха» (羅剎 ; ракшас – демон, пожирающий людей в индуизме и буддизме). О последнем корейцы должны были знать, так как непосредственно принимали участие во втором и пятом походе маньчжуров против русских казаков в 1654 и 1658 годах.

В 1654 году по требованию цинов Чосон отправил на север отряд из 150 человек (из них 100 мушкетёров) во главе с пёнмауху пров. Хамгён Пён Гыпом (咸鏡道 兵馬虞候 邊岌), который 28 апреля встретился в бою на стороне цинских войск с русскими казаками. В ходе семидневного сражения последние были обращены в бегство, а корейцы с победой возвратились домой.

В 1658 году цины вновь потребовали участия корейских мушкетёров в походе против казаков. В этот раз во главе отряда из 260 человек (из них 200 мушкетёров) был отправлен чхомса крепости Хесанчжин Син Рю (惠山鎭 僉使 申瀏). Бой между цинско-корейским войском и казаками состоялся в июне в месте впадения Сунгари в Амур. В этом сражении корейцы также отличились, сумев поджечь суда казаков зажигательными снарядами (火箭) и обратив русских в бегство «своей храбростью».

Именно такая информация размещена в статье про «походы против России» на сайте южнокорейской Академии корееведения (한국학중앙연구원 , Academy of Korean Studies) (ссылка: http://encykorea.aks.ac.kr/Contents/Item/E0011383)

Вот и получается, что история взаимоотношений между русскими и корейцами началась с вооружённого конфликта.

В Корее эти события называют не иначе, как «поход на Россию/русских» (라선정벌 ; 羅禪征伐), а отдельные горячие головы иногда даже обещают его повторить…

В академической же среде сложилось мнение, что именно превосходное владение корейскими воинами огнестрельным оружием позволило цинским войскам одержать верх над «русскими демонами». В этой связи многие корейцы (по крайней мере в РК) уверены, что их предки остановили продвижение России в юго-восточном направлении вплоть до середины XIX века.

(Подробнее о корейских мушкетёрах можно почитать тут: Hyeok Hweon Kang, Big Heads and Buddhist Demons: The Korean Musketry Revolution and the Northern Expeditions of 1654 and 1658)