Невообразима жизнь людская без рек. Все великие цивилизации былого возрастали на берегах водных магистралей, приносящих с собой как живительную влагу, так и возможность легко и быстро перемещаться — Нил и Евфрат, Тигр и Тибр, а также прочий неисчислимый сонм гидронимов являют собой тому пример. И по наши дни все те города, что не находятся на побережье морском или озёрном, стоят на реке, а остальное — как правило искусственно созданные (ведь обычно города по своей природе рождаются) и нежизнеспособные проекты.

Одной из мощнейших рек Европы является Рейн — связывая собой самое сердце континента с Северным морем и проходя сквозь самые обжитые районы, он выступает этакой осью всей Западной Европы. Богатые на уголь и руды Эльзас и Лотарингия и близость Рурского бассейна располагают к развитию тяжёлой промышленности, ставшей основой существования Германии — пример тому — военно-промышленный концерн Rheinmetall. Приносила свои плоды и кооперация с соседями — аграриями-французами и мореплавателями-голландцами. Что примечательно, ближе к морю Рейн переходит в реку с названием Ваал, в некоторой степени продолжая Традицию Междуречья, Мессопотамии, причём дважды — сначала в родных Нидерландах, затем — на далёкой южной окраине Африки в бурских краях.

И в России есть подобного рода река, во многом куда более величественная и значимая — и имя ей Волга. Богатство её региона не в мёртвом металле и не в сухом угле, но в живой земле и живой воде ХХІ века — нефти. В моём акватическом пантеоне она стоит в одном ряду с родимой Обью, и обе они на протяжении многих лет верно любимы мною тихой и ласковой любовью. С точки зрения как исторической, так и географической, будет вполне разумно разделить Волгу на Верхнюю — ту, что была в составе России до ХVI века, с Ярославлем, Костромой и Нижним Новгородом — и Нижнюю, где татары, начало освоения которой было положено в 1552 году взятием во славу русского воинства Казани, а спустя четыре года — присоединением ханства Астраханского. С Верхней Волгой меня связывают исключительно тёплые и приятные воспоминания, Нижняя же со своими 25 градусами тепла летом стала для меня подлинным адским пеклом, потому при всём почтении склоняюсь к посещению тех краёв осенью. Государь, под чьим ведением происходили данные события — Иван Грозный, по преданию, сам имевший татарскость в себе. С этого момента можно заявлять о начале волжского периода в истории России, когда вокруг именно этой реки разворачивались вехи истории.

Спустя некоторое время на престол взошёл Борис Годунов, также волжанин и также ведущий свой род от татарского мурзы Чета, но уже из Костромы, что на Верхней Волге. С его приходом начались Смутные времена, закончились же они событием, в котором необыкновенную роль сыграла как раз Волга.