В «России в глобальной политике» колонка про голосование против декларации по борьбе со СПИДом, которым мы внезапно гордимся. Сказали «нет» гендерному языку, явили суверенитет духа!

Ок. По гомофобии у нас 5+ . Весь мир в курсе. Пора подтягивать другие предметы. В частности фармацевтику.

Патент раскрывает формулу, но производства сам по себе не даёт. Это ноу-хау, и передаётся оно только по договору. Поэтому в международных документах к передаче технологий приставлены четыре слова «на взаимно согласованных условиях». Делиться правообладатель обязан ровно настолько, насколько сам захочет.
Отсюда цена и география. Препарат от ВИЧ, который колют дважды в год: в США 28000 долларов за год, в Индии его же будут делать по 40. Gilead выбрала шесть заводов, которым можно, и начертила карту, где им разрешено торговать.

Вокруг этих четырёх слов 20 лет идёт война, Конвенция по борьбе со СПИДом – малый эпизод в ней. Латам, Африка, бедная Азия давят на отмену, Штаты и Евросоюз держат оборону. Россия объективно на стороне нападающих: у нас есть производства, есть удачные кейсы обхода патентов, есть что предложить рынкам, где сегодня правит Индия. Отмена оговорки открывает нам экспорт.

С подачи Малави в июле ГА ООН эти четыре слова вычеркнула из Декларации по СПИДу. Евросоюз со Швейцарией и Канадой немедленно отмежевались, понимают, сколько это стоит. Мы отвергли всю декларацию из-за гендерного языка. Записались на войну со словами, забыв и про пациентов, и про собственную отрасль.