Записки Сун Цы | Судебная медицина | Судебно-медицинская экспертиза | Жизнь

О том, как машинное разумение вступило в должность судмедэксперта
 
Прочитал я тут труд один, занимательный. О нашем будущем, которое уже дышит в затылок. Читаешь и хмыкаешь. Не от восторга, разумеется. А оттого, как ловко господа пророки расписали наше светлое завтра.

Generative artificial intelligence in forensic medicine: a pilot study on AI-simulated medico-legal reports in healthcare liability cases. International Journal of Legal Medicine. 2026;140:3393–3403. DOI: 10.1007/s00414-026-03820-2.

О чём повествуется. В рассуждении применения генеративного разума авторы на предмет десяти дел о врачебной ответственности соорудили две роли: одну — в защиту пациента, иную — в защиту лечебного заведения. Обе модели, буде им предоставить тождественные клинические документы, выдавали заключения, сходные по структуре, но различные по духу. В делах без подтверждённой вины больничная машина усвоила человеческий взгляд на 8,0 баллов, тогда как пациентская — на 5,4; в ответственных же случаях картина обратилась: 5,2 против 3,6. Впрочем, различие в общем ряду отнюдь не достигло значимости (p = 0,844). По части клинического синтеза согласие оказалось весьма значительным (Cohen's κ = 0,804), ибо хронология болезни, подобно ведомственной описи, поддаётся алфавитной укладке. Ввиду того, что оценка стойкого ущерба требует взвешивания интересов, согласие по сему пункту оказалось лишь слабым (κ = 0,167), что, впрочем, не удивительно: и человеческие эксперты в сем деле редко находят общий язык. Наиболее досадным усмотрено: модель, облечённая полномочиями защищать пациента, породила фальсифицированных цитат 17 из 56 (30,4 %), тогда как заведенская ограничилась 7 из 67 (10,4 %). Отношение шансов — 3,74; p = 0,0065. Релевантность же отнюдь не различалась (p = 0,195), донося, что машины одинаково искусны в подборе тематически близкого толка, но различны в добросовестности оформления.
К чему сие пригодно. По части организации документации сие изобретение способно облегчить канцелярскую работу экспертного учреждения, превратив хаотичные записи в подведомственную роспись. В рассуждении подготовки альтернативных перспектив оно может служить подсобным орудием, дабы эксперт предварительно ознакомился с ходами мысли противной стороны. Ввиду скорости генерации — заключения выдаются в считанные секунды — сие пригодно для ускорения подготовительных стадий, коим в настоящее время отведено немало времени, бумаги и терпения начальства.
Чего недостаёт. За неимением достаточного объёма (десять дел — количество, едва ли превышающее пальцы на руках одного эксперта) статистические выводы носят предположительный характер. Оценка производилась единым лицом, без проверки межэкспертной надёжности, без международной коллегии, без всякой отчётности, что в рассуждении судебно-медицинской науки есть упущение весьма существенное. Предписано было ссылаться исключительно на литературу из PubMed или Scopus, однако оные порождали цитаты из несуществующих трудов. В рассуждении количественной оценки ущерба машины демонстрировали столь же произвольные результаты, как и их живые коллеги.
Таким образом, генеративный разум, облечённый ролью судебно-медицинского советника, способен подделывать под человека не только стиль изложения, но и пристрастность оценок. При выборке в десять единиц результат отличается совершенной определённостью в рассуждении клинического синтеза и полной неопределённостью в рассуждении цифр ущерба, ибо разногласию в первом случае взяться неоткуда, а во втором — не уйти. Модель, предназначенная защищать пациента, оказалась втрое плодовитее на фальшивые ссылки, нежели модель, предназначенная защищать больницу, что наводит на мысль: в системе, где погоня за публикацией превосходит погоню за истиной, машина лишь усиливает те пороки, какие в ней прежде водились.

Вопрос же о том, кто ответит за ложную цитату, выданную бездушным алгоритмом, остаётся без ответа, равно как и прежде оставался без ответа вопрос о том, кто ответит за ложное заключение, выданное экспертом, облечённым полномочиями, но лишённым совести.

О костях, пулях и иных подведомственных предметах
 
Тема дня: о кости, что ломается без всякой пули; о пуле, что летит шальной; и об эксперте, которому всё сие надлежит освидетельствовать. Изучено трудов на предмет настоящего разбора: 36. Отобрано к оглашению: 10, ибо прочим 26 усмотрено в сем разборе отставка, за неумением доносить о своих костях и пулях с должною определённостью:
🔸Непрямые переломы длинных трубчатых костей при огнестрельной травме: встречаемость, морфология и потребность в отдельных исследованиях
🔸Вклад индивидуальной изменчивости в исход перелома большеберцовой кости при экспериментальной тупой нагрузке
🔸Баллистический желатин как имитатор мягких тканей: систематический обзор применения, калибровки и синтетических замен
🔸Терминальная баллистика шальной пули в имитаторе мягких тканей: доказательство принципа
🔸Влияние волос волосистой части головы на осаждение продуктов выстрела и оценку дистанции
🔸Классификация акселерационной и децелерационной черепно-мозговой травмы каскадными моделями глубокого обучения
🔸Проверка пригодности свиных и синтетических бедренных костей как аналогов в исследованиях скелетной травмы
🔸Медико-правовые последствия нападений собак: инвалидизация, стойкие рубцы лица и психиатрические исходы
🔸Следующее поколение судебно-медицинской 3D-документации: многокамерная фотограмметрия с проекционным digital spray и 3D Gaussian Splatting
🔸Посмертная стоматологическая визуализация мобильной 3D C-arm КЛКТ: техническая осуществимость для судебной стоматологии и идентификации при массовых катастрофах
 
Видит благодарный читатель, что наука наша не стоит на месте: и кость бьют машиной, и пулю считают компьютером, и кудри головные допрашивают, как подсудимых. Однако всякая новая методика, предъявленная к сроку и к отчёту, прежде приказа бытия своего ищет рецензию благожелательную и печать учреждения, ибо подведомственное учреждение, им же названное наукою, живёт не открытиями, а журналами. И станет ли когда-либо сие иначе: чтоб сначала доказали, а после печатали, а не наоборот?

Неразлагаемая жопа

«Вещество вводилось?» «Да». «Когда?» «Пятнадцать лет назад». Экспертиза тянулась три года. Их было десять. Комиссия из десяти судебно-медицинских экспертов по одному трупу - это не про сложность случая. Это про то, что никто не хотел подписывать вывод в одиночку.

Женщина чуть за сорок. Публичная профессия, лицо с экрана, тело как рабочий инструмент. Некий Иглощербин из отделения внешнего лоска ввёл в ягодицы полиметилметакрилат, два раза — не гиалуронку, что сдувается за сезон, а микросферы полимера в гелевом носителе, вещество, выбранное как раз за то, что оно не рассасывается никогда. Тётя вышла из клиники довольная. Инъектор получил гонорар. Между этим моментом и вскрытием прошло двенадцать лет, и вся сложность работы была в том, чтобы натянуть причинно-следственную нить через эту пропасть, не порвав её, как жизнь, которую собирались продлить с красивой задницей, а укоротили.

Первые три года прошли тихо. Потом почка заскрипела, как ржавая дверь в морге. ПММА строит гранулёмы — организм обкладывает каждую пластмассовую крошку валом из макрофагов. Тысячи очагов хронического воспаления начинают прямо в гранулёмах превращать 25(OH)D в кальцитриол, по-простому гнать витамин D в кровь. А тот уже, как усердный казначей, вытаскивает кальций из кишки и костей в кровоток. Кровь тяжелеет. Гранулёма сама соли не отливает, она лишь подкручивает вентиль, а дальше всё идёт по накатанной. Гиперкальциемия, нефрокальциноз, почки медленно каменеют изнутри. Красота требует диализа.

Через пять лет попробовали отыграть. Операция. Дорого. С надеждой. Но материал, за который платили, предал. ПММА не лежит комком — он вростает, уходит по фасциям, срастается намертво. Вырезать можно, только сняв полтаза. Свойство «навсегда» оказалось приговором. Заплатила за вечность. Получила вечность.

Диализ. Три раза в неделю. По четыре часа. Восемь лет. Это не осложнение — это полная занятость. Эстетика улучшила жизнь так, что она прошла в кресле, привязанной к трубкам. Мечта о бессмертии сбылась в виде аппаратного гемодиализа. Человечество веками искало философский камень. Нашло полиметилметакрилат.

Трансплантацию не сделали. Лист ожидания длинный, да и иммуносупрессия при гранулёмах — приглашение к сепсису. Материал, который не рассасывается, не даёт и выздороветь. Улучшение фасада заблокировало ремонт внутри.
Финал предсказуем. Реанимация. ИВЛ. Два с половиной месяца. Госпитальная флора всегда побеждает к восьмому году диализа. Когда резервы кончились, брат дал добро на отключение. В графе причина смерти — сепсис на фоне терминальной почечной недостаточности. Любой ординатор справится.

Вопрос в другом. Дотягиваем ли причинную цепь до той самой инъекции 15 летней давности? Дотянули. Без разрыва. Филлер с ПММА, гранулёмы, кальций, почки, ХПН, сепсис. Вред и связь налицо. Материал опознан. Пятнадцать лет — не срок.

А теперь главное. Ради чего собирали десятерых. Ответственность держится не на шприце. Она держится на том, что было после. Осложнение вылезло — врач знал, и сделал ноль. Не снял препарат, не поставил на учёт, не предупредил коллег. Продолжал колоть, потому что результат был виден, гонорар упал на счёт, а системное гниение лежало за пределами его зоны. Это уже не дефект руки. Это невыполнение обязанности при осознаваемой угрозе. Между неосторожностью и умыслом — одна подпись.

Десять подписей внизу. Служба, как обычно, на посту. Мы листаем протоколы, пьём остывший кофе и пытаемся не смеяться над мёртвой женщиной. Но над системой, которая пятнадцать лет торговала пластмассой под видом вечности, почему бы и нет. Иногда кажется, что мы не эксперты, а просто санитары на складе просроченных мечт. Чистая классика.

Донесение о том, чем полон покойник и в каком смысле
 
Сие донесение по сему департаменту поступило из учреждения, именуемого судебной токсикологией, кои присутствуют при покойнике с химическим стаканом и обязаны, по должности своей, объяснить, чем он полон и в каком смысле. Объяснить не по понятиям гражданским, а по уставу: в микрограммах на грамм, с перечнем отделов мозга и при том не сходя с уровня значимости. Между тем и предмет семейства, кои токсикологам вменяются, — новые психоактивные вещества — столь же многочислен, сколь и бестолков: явятся под одним именем, уйдут под другим, а химик, по старости лет отвыкший от сюрпризов, вынужден рапортовать, что вещество-то, в сущности, известное, да не то. К тому же, сверх означенного, неотвратимо тяготит и посмертное перераспределение — явление такое, при котором покойник, уже не имея возможности что-либо распределять, распределяет с успехом и даже с излишеством: вещество его благородия концентрируется куда следует не следует, а интерпретатор, сидя перед цифрами, испытывает то же чувство, какое испытывает чиновник перед рапортом, составленным не им. Справедливости ради надобно прибавить, что предмет сему разобран не поверхностно: прочитано 52 библиографические записи, отобрано же, по тщательном разборе, 10 трудов:
🔸Концентрации фентанила в периферической крови и мозге в немедицинских посмертных случаях
🔸Распространённость и токсикологическое значение 3-CMC и 4-CMC: ретроспектива более 250 судебно-медицинских случаев за 2015-2025
🔸Биологические матрицы для установления происхождения посмертного этанола: рекомендации по отбору и хранению проб
🔸Распределение амфетамина, бензоилэкгонина, кокаэтилена, кокаина, фентанила и метамфетамина в семи отделах головного мозга
🔸Обнаружение и количественное определение оксида углерода в посмертной ткани печени парофазной ГХ-МС как альтернатива крови
🔸Самоповреждение с выпадением из окна на фоне употребления 3-MeO-PCE
🔸Поиск аномальных токсикологических профилей как способ отбора посмертных случаев для экспертной проверки
🔸Пятилетняя оценка клинических и токсикологических факторов при смертельных случаях, связанных с метамфетамином
🔸Сравнительная характеристика четырёх стереоизомеров 8-гидроксигексагидроканнабинола и их ТМС-производных методами ГХ-МС и ВЭЖХ-МС/МС
🔸Заметки с мест: обнаружение каннабиса при смертях от передозировки, США, 2021-2025

Подводя итог сему донесению, надлежит полагать: труп, как подведомственное учреждение, работает исправно, коли не мешать пробирке; мешают же погоня за публикацией, отчётность и рецензент, добывающий вес исправлением запятых в чужом тексте. Химия, в свою очередь, распределяет вещество по отделам мозга, но ответственность по отделам ведомства не распределяет: та остаётся там, где была, — в шкафу, где хранятся дела, которым, по обычаю, и следует. Итак: 52 записи прочитаны, 10 трудов отобраны, а один вопрос остался открытым, как делопроизводство перед отпуском: когда наконец порядки приведутся в порядок? На сей вопрос химия ответа не имеет — не по недостатку химии, а по избытку порядков.