Кровь в тишине: признаки Ульриха и Ростошинского

Ну вот, продолжим копаться в этих странных, почти незаметных признаках утопления. Потому что в морге иногда самое важное прячется не в легких, а где-то глубже, в тех местах, куда обычно никто не заглядывает без специальной причины.

Признак Ульриха. 1932 год. Немец (или австриец, точно не помню, но монография вышла в Гельсингфорсе, то есть в Хельсинки). Карл Ульрих написал целую книгу «Ухо и смерть от утопления», работал на базе клиники отоларингологии и патанатомии в Цюрихе. Взял 22 височные кости от 14 утопленников, распилил, посмотрел внимательно. И увидел обширные кровоизлияния в полость среднего уха, в костный слуховой проход, иногда даже в кортикальный слой костного мозга пирамиды височной кости. Барабанная перепонка может быть целой, а кровь уже там, в глубине. Темно-красная, свежая, пропитывает слизистую, заполняет ячейки сосцевидного отростка. Выглядит как будто кто-то резко нажал на все сосуды сразу. Он считал это довольно надежным признаком именно прижизненного утопления. Особенно если погружение было быстрым, на глубину. Вода врывается через носоглотку, евстахиевы трубы, давит, рвет мелкие сосуды. А некоторые авторы потом спорили: мол, если перепонка перфорирована, то холодная вода попадает в лабиринт, человек теряет ориентацию и тонет быстрее. Ульрих же показал, что не всегда так драматично.

А теперь признак Ростошинского. 1987 год. Эдуард Николаевич Ростошинский, наш отечественный специалист. Описал почти то же самое: свободные скопления крови или обильное пропитывание слизистой в барабанных полостях, сосцевидных ячейках. У него в 95 процентах случаев из тех, что смотрел. Выглядит похоже: кровь в среднем ухе, в ячейках, иногда жидкая, иногда сгустки.
Механизм он расписал подробно. Вода попадает в дыхательные пути, спазм голосовой щели, сильный кашель. Давление в носоглотке резко скачет. Через грушевидные щели клиновидной кости вода проникает в пазухи, потом по евстахиевым трубам в барабанные полости, дальше в сосцевидные ячейки. Перепады давления плюс гипоксия, сосуды становятся проницаемыми, кровь просачивается. Всё логично, жестко, физиологично.

Но вот в 1991-м в журнале «Судебно-медицинская экспертиза» Прилуцкий и Шишков написали письмо в редакцию. Мол, ничего нового, это же Ульрих описал еще в 1932-м. Ростошинский просто повторил, но добавил механизм. А мы думаем и то хорошо, потому что объяснение всегда лучше голого факта.

Иногда эти признаки путают, иногда считают одним и тем же. На деле Ульрих увидел первым, Ростошинский подтвердил на большом материале и дал патогенез. Оба про кровь в среднем ухе при утоплении. Не самый яркий признак, не пена изо рта, не пятна под плеврой. Но когда всё остальное сомнительно, а в височной кости кровь, это может стать той каплей, которая перевешивает чашу.

В морге такие вещи заставляют задуматься. Сколько всего скрыто в этих маленьких полостях, куда вода добирается незаметно. И сколько имен забывается, пока кто-то не вытащит старую монографию из пыли. Ульрих, Ростошинский. Два разных времени, две страны, один и тот же тихий крик утопающего внутри черепа.

А если вам вдруг захотелось разобраться во всём этом — в эпонимах, терминах и понятиях танатологии, — то стоит взять в руки книгу В. Б. Шигеева «Судебно-медицинские заметки: эпонимы, термины и понятия в танатологии». Москва, издательство «Перо», 2017 год, 324 страницы.

Присоединяйтесь к чату канала для жарких дискуссий и ярких эмоций по теме.