4 градуса по Цельсию

Что только не встретишь в мусоре киноархива. Например, бокс от «Олимпии» Лени Рифеншталь.

Тайна одной души / Geheimnisse einer Seele (1926), реж. Георг Вильгельм Пабст.


Одному из главных немых немецких фильмов исполняется сегодня 100 лет. По такому случаю еще в феврале на Берлинале состоялась премьера новой 4К реставрации, еще и с новой музыкой. Я была на этом показе и как же было приятно видеть, что утром в воскресенье огромный зал был полностью заполнен. Это очередное доказательство того, что старое кино нужно реставрировать и показывать, к нему есть интерес.

Сюжет: Химик Мартин Феллман счастливо женат на своей возлюбленной, которую он знает с детства. В соседнем от них доме происходит убийство - муж зарезал свою жену. С этого момента Мартин начинает панически бояться ножей и опасается того, что он может повторить судьбу своего соседа. На помощь ему приходит психоаналитик.

Чем примечателен этот фильм? Я бы его назвала одним из первых “психологических триллеров”. Он создавался для демонстрации учения Зигмунда Фрейда, но не стал скучным обучающим или просветительским фильмом. Сам Фрейд так и не ответил на предложение поработать над фильмом, поэтому в разработке сценария и как консультанты работали два его ученика.

Центральным и самым интересным сегментом фильма является сцена сна главного героя. В нее “зашита” та самая проблема, которую будет раскручивать доктор и которая все расставит на свои места. Если смотреть фильм очень внимательно, то уже к показу этого сна половина образов будет понятна, а дальше больше. Фильм сам, как головоломка, подкидывает зрителю подсказки, главное не отвлекаться. Снят сон в духе французского авангарда, там целиком фильм мог состоять из образов, здесь же все для людей, сначала мясорубка из образов, потом детальное их объяснение.

При работе с фильмом реставраторы столкнулись с неожиданной проблемой...у них на руках оказалось слишком много копий фильма! Финальная реставрация является компиляцией из сразу трех пленок фильма - из Бельгийского архива, немецкого Бундесархива, а также киноархива Гарвардского университета.

Также хотелось бы сказать несколько слов о новой музыке. Ее написал южнокорейский композитор Йонгбом Ли (Yongbom Lee), а исполнил Broken Frames Syndicate. Я вообще скептически отношусь к каким-то новым прочтениям музыки к немым фильмам. Например, мне крайне не понравилась музыка к “Приключению в ночном экспрессе”, зачем-то музыканты шептали в микрофоны, якобы имитируя отдаленно слышную речь. Это было странно. Здесь же при всем авангардности музыки она идеально вписалась в тревожное настроение фильма. Особенно струнные хорошо перебирали нервы.

Сны изображали в кино с самого его начала, еще Мельес очень любил снимать свои феерии про кошмары. Но “Тайна одной души” сделала шаг вперед и сделала сон не просто визуальным аттракционом, но двигателем сюжета.

Они часто снимались вместе, а если всего раз – то этот раз был точно незабываемый. Они зажигали так, что представить их порознь уже просто невозможно. Они, такие разные и такие похожие, стали на экране одним целым.

Попросили знакомых админов вспомнить свои любимые актерские дуэты в советском кино:

⚪️неосознанный лирический объект и дуэт Купченко и Збруева;
⚪️упал, очнулся — кино и дуэт Фрейндлих и Басилашвили;
⚪️записки мудрой кицунэ и дуэт Кикабидзе и Мкртчяна;
⚪️Her Frame и дуэт Гурченко и Басилашвили;
⚪️избави нас от сценария и дуэт Боярского и Караченцова;
⚪️киноплен и дуэт Абдулова и Янковского;
⚪️4 градуса по Цельсию и дуэт Михалкова и Адабашьяна.

А какая экранная пара нравится вам больше всего?

Идентификация фильма. Интертитры.

Когда кино не умело разговаривать интертитры помогали не сбиваться с сюжета и понимать, что происходит в кадре. Сейчас интертитры реставрируют также как и изображение в кадре, восстанавливают утраченные, а иногда и сами интертитры могут помочь в идентификации фильма.

В самом начале кино интертитры были довольно простыми. Черный кусок картона с белыми крупными буквами, который держался на экране несколько секунд. Шрифт мог немного меняться, в зависимости, например, от жанра. У комедий мог быть более мягкий, округлый шрифт (фото 1), у мелодрам и трагедий простой и невычурный, подчеркивающий серьезность происходящего на экране (фото 2).

Но чем дальше, тем все более художественными становились интертитры. Они отображали чувства персонажей, вторили стилистике фильма, например, как в “Кабинете доктора Калигари”, когда косые и острые крыши превращались в угловатые буквы интертитров (фото 3). Из технической детали они превратились в искусство.

Также режиссеры и студии использовали их для защиты от пиратов, помещая в интертитры свои инициалы, лого компании, название фильма. (фото 4)

При реставрации с интертитрами обращаются довольно бесцеремонно. Если кадры с ними сильно пострадали от разложения пленки их не стараются спасти, а просто вырезают. Что логично, так как в отличие от самого фильма титры можно сделать заново. Обычно на восстановленных титрах можно увидеть в уголке год реставрации и аббревиатуру архива, который ее проводил.

Еще хотелось бы упомянуть про длительность показа интертитров. Сейчас кажется, что каждый интертитр висит на экране целую вечность. Но тогда люди читали намного медленнее и было правило, по которому титры должны были оставаться на экране так долго, чтобы человек со средней скоростью чтения смог бы их прочитать трижды. По этим расчетам выходило, что и дети и взрослые, которые медленно читают, также успеют все прочитать.

Плюс это была подстраховка от жадных владельцев кинотеатров. Чтобы впихнуть в один день как можно больше фильмов некоторые владельцы крутили фильмы быстрее, чем надо. И тут уже надо было успевать.



В идентификации фильмов помогают так называемые flash intertitles.

Когда немой фильм продавали в прокат зарубеж то зачастую вместо интертитров оставался один кадр с ними, такая заглушка на месте, куда надо было вклеить титры уже на языке страны, в которой будет прокат. И вот эти остатки интертитров сейчас помогают понять оригинальный язык фильма и начать его опознавание.

Например, был такой фильм “За честь брата”. Он сохранился не полностью, у него отсутствовал финал. Было понятно, что фильм из англоязычной страны, так как в кадре можно было заметить надписи на английском. Например, табличку на кабинете одного из героев “Private Mr. Prescott”. Но проблема была в том, что по такому названию в иностранной прессе фильм не находился, а в интертитрах на русском языке не было никакого Мистера Прескотта.

При детальном изучении пленки был найдет один flash интертитр, из которого можно было уловить часть оригинального сюжета, в котором изобретатель хочет создать универсальный язык. Это было хорошей зацепкой. По ней через либретто фильм нашли. Это был “Sins of Ambition” (1917), реж. Айван Абрамсон. И оказалось, что версия, которая крутилась в Российской Империи, была очень сильно перемонтирована, буквально это был уже совсем другой фильм.

Таким образом по одному кадру получилось вернуть фильму его настоящее название. Казалось бы, такая мелочь, но в деле медиаархеологии не бывает незначительных мелочей.

Канал "Кино - сто лет тому назад" напомнил, что 100 лет назад Сергей Эйзенштейн посещал съемки "Метрополиса". Его отправили в Берлин изучать современную кинотехнику.
А у меня как раз фото с этого момента есть.

Так уж получилось, что всю свою сознательную жизнь я люблю Ирландию. Поэтому сегодня, в День Святого Патрика, я не оставлю вас без ирландского контента.

Ирландское пиво - это, конечно, стереотип, но сегодня оно льется рекой, просто посмотрите на веб-камеру главного дублинского пабного района - Temple Bar. А если вы читаете этот пост позже, в комментариях есть скрины очень передающие атмосферу того дня.

Если от одноименного паба пройти дальше по улице, то вы попадете в IFI – Irish Film Institute. Да, главный киноархив Дублина находится в сердце пабного района. И именно IFI оцифровали и сделали доступными для просмотра все рекламы пива Guinness с 1955 года по 1995.

Эта коллекция рекламных роликов представляет собой целую историю и изменения - рекламы, форматов Guinness, моды, культурной и социальной жизни длиной в 50 лет. Качество рекламы для Guinness было не менее важно, чем качество самого продукта, поэтому каждый ролик уникален - в них есть сюжет, юмор, атмосфера. От черно-белых роликов 50-х, когда телереклама только появилась, через анимационные ролики до обладателей призов за лучшую рекламу.

Имена за созданием этих реклам тоже стоят выдающиеся. Ричард Уильямс, обладатель Оскара за визуальные эффекты к “Кто подставил кролика Роджера”, еще в 60-е снял для Guinness рекламный ролик о дирижёре, который, выпив пинту пенного, смог поднять целый хор.

А если вам захочется настоящего кино, то можно обратиться к роликам снятым Ридли и Тони Скоттами (Shepherd, Ploughman, Fisherman, Blacksmith). За юмором - это к рекламам снятым Аланом Паркером (Kung Fool, Home Sweet Jail с молодым Питом Постлетуэйтом).

А может вы хотите посмотреть на молодого Билла Найи, который пьет пиво и разговаривает с туканом? Такое тоже есть.

А если хочется полностью погрузиться в ирландскую атмосферу, то есть даже ролики полностью на ирландском языке. Island мой любимый, есть в нем атмосфера ранних пьес Мартина МакДоны.

Отдельно хотелось бы отметить и ролики, снятые для показа в кино. Один ломает четвертую стену, а второй показывает историю жанров в кино через призму пинты пива.

Реклама, которая задумывалась как что-то мимолетное, идущее фоном по телевизору, в умелых и заботливых руках работников архива становится аудиовизуальным памятником, совсем как кино.

Sláinte!