Post #63
5.67K
Как Твиттер сократил 80% работников и выжил?
Интернет полон мнений на эту тему, которые в основном расположены на шкале от "Твиттер живет на инерции и постепенно разваливается", до "80% сотрудников (и программных систем) не делали ничего полезного".
В этом посте я предлагаю выпрыгнуть с этой линейной шкалы в плоскость и посмотреть на этот вопрос с другого угла.
В среде инженеров часто встречается именно вторая крайность. Это естественно, многие из нас проходили System Design собеседование, где надо спроектировать Твиттер. Мы все хорошо знаем, что это можно сделать за час (хе-хе). В дополнение к этому, многие видели всевозможные ролики из тиктока, в которых сотрудники Твиттера хвалятся своим бездельем. Ну что ж, поговорим о Твиттере.
В первую очередь я хочу обратить внимание читателя на то, что Твиттер не просто сократил сотрудников. Еще до сокращения, Твиттер полностью изменил бизнес-модель. Он был публичной компанией, живущей на инвестициях в рост пользовательской базы, и обещающей инвесторам монетизировать большую пользовательскую базу с помощью рекламных продуктов. После реорганизации Твиттер стал приватной компанией, планирующей монетизироваться напрямую через подписочную модель. Мы видим, что это не просто слова. Компания действительно ушла с публичного рынка. Компания действительно разорвала отношения с важными рекламодателями, но зато ввела платную подписку для пользователей.
С высоты 11 лет опыта работы в публичных технологических рекламных гигантах, я оцениваю работу, которая обеспечивает публичность и рекламность в как минимум 90% от всей работы. Так что Твиттер по моей оценке даже недожал, возможно, как раз из за необходимости поддерживать или чистить легаси софт. Во-первых, публичные компании требуют огромного пласта аналитики. Код продуктов пронизывает инструментарий для сбора и организации данных. Для их хранения, организации, анализа создаются внутренние технологические продукты, и целые организации инженеров, их разрабатывающие. Создаются целые организации инженеров по аналитике этих данных. Большие организации финансистов, которые обеспечивают уже не продукты компании, а публичный образ компании для инвесторов, основанный на данных. Создаются организации PR-щиков для создания публичного образа для обычных людей, так как этот образ тоже отражается на биржевых показателях.
Помимо финансистов есть еще рекламодатели. Рекламодатели, особенно большие, -- это тоже огромные публичные компании. Все проблемы, описанные выше, применимы и к ним. Чтобы с ними работать, необходимо соблюдать все эти требования. Если рекламодателю не нравится контент, рядом с которым ты показал их рекламное обьявление -- он быстро придет к тебе с угрозой перенаправить свой девятизначный рекламный бюджет. Если вы подумали -- фи, что там эти девять знаков для Твиттера, то не обольщайтесь. Такой недовольный будет не один. Большие компании имеют схожие запросы к площадке, поэтому и уходить они будут все сразу. В твиттере были целые организации инженеров, разрабатывающих софт для детекции неприемлемого контента, а также организации ручных модераторов контента, организации тренингов модераторов, организации учета инцидентов, организации для коммуникации состояния сети рекламным партнерам.
Сделать компанию приватной и одновременно сменить стратегию монетизации с рекламы на подписки -- это смелые шаги, и мы еще увидим, к чему они приведут. Как бы то ни было, именно эти шаги и позволяют отрезать 80% персонала, и оставить только инженеров, непосредственно разрабатывающих основную программную систему Твиттера. Дело даже близко не в бесполезных сотрудниках, коих обычно единицы процентов.
Старый Твиттер делал все правильно для своей бизнес-модели. И новый делает правильно для своей.
Интернет полон мнений на эту тему, которые в основном расположены на шкале от "Твиттер живет на инерции и постепенно разваливается", до "80% сотрудников (и программных систем) не делали ничего полезного".
В этом посте я предлагаю выпрыгнуть с этой линейной шкалы в плоскость и посмотреть на этот вопрос с другого угла.
В среде инженеров часто встречается именно вторая крайность. Это естественно, многие из нас проходили System Design собеседование, где надо спроектировать Твиттер. Мы все хорошо знаем, что это можно сделать за час (хе-хе). В дополнение к этому, многие видели всевозможные ролики из тиктока, в которых сотрудники Твиттера хвалятся своим бездельем. Ну что ж, поговорим о Твиттере.
В первую очередь я хочу обратить внимание читателя на то, что Твиттер не просто сократил сотрудников. Еще до сокращения, Твиттер полностью изменил бизнес-модель. Он был публичной компанией, живущей на инвестициях в рост пользовательской базы, и обещающей инвесторам монетизировать большую пользовательскую базу с помощью рекламных продуктов. После реорганизации Твиттер стал приватной компанией, планирующей монетизироваться напрямую через подписочную модель. Мы видим, что это не просто слова. Компания действительно ушла с публичного рынка. Компания действительно разорвала отношения с важными рекламодателями, но зато ввела платную подписку для пользователей.
С высоты 11 лет опыта работы в публичных технологических рекламных гигантах, я оцениваю работу, которая обеспечивает публичность и рекламность в как минимум 90% от всей работы. Так что Твиттер по моей оценке даже недожал, возможно, как раз из за необходимости поддерживать или чистить легаси софт. Во-первых, публичные компании требуют огромного пласта аналитики. Код продуктов пронизывает инструментарий для сбора и организации данных. Для их хранения, организации, анализа создаются внутренние технологические продукты, и целые организации инженеров, их разрабатывающие. Создаются целые организации инженеров по аналитике этих данных. Большие организации финансистов, которые обеспечивают уже не продукты компании, а публичный образ компании для инвесторов, основанный на данных. Создаются организации PR-щиков для создания публичного образа для обычных людей, так как этот образ тоже отражается на биржевых показателях.
Помимо финансистов есть еще рекламодатели. Рекламодатели, особенно большие, -- это тоже огромные публичные компании. Все проблемы, описанные выше, применимы и к ним. Чтобы с ними работать, необходимо соблюдать все эти требования. Если рекламодателю не нравится контент, рядом с которым ты показал их рекламное обьявление -- он быстро придет к тебе с угрозой перенаправить свой девятизначный рекламный бюджет. Если вы подумали -- фи, что там эти девять знаков для Твиттера, то не обольщайтесь. Такой недовольный будет не один. Большие компании имеют схожие запросы к площадке, поэтому и уходить они будут все сразу. В твиттере были целые организации инженеров, разрабатывающих софт для детекции неприемлемого контента, а также организации ручных модераторов контента, организации тренингов модераторов, организации учета инцидентов, организации для коммуникации состояния сети рекламным партнерам.
Сделать компанию приватной и одновременно сменить стратегию монетизации с рекламы на подписки -- это смелые шаги, и мы еще увидим, к чему они приведут. Как бы то ни было, именно эти шаги и позволяют отрезать 80% персонала, и оставить только инженеров, непосредственно разрабатывающих основную программную систему Твиттера. Дело даже близко не в бесполезных сотрудниках, коих обычно единицы процентов.
Старый Твиттер делал все правильно для своей бизнес-модели. И новый делает правильно для своей.
- 🔥 31
- 👍 12
- 👏 3
- ❤ 2
- 🤔 2
- 🤡 1