Платон вернулся: и не через философов, а через биолога, выращивающего живых роботов.
 
В журнале Philosophies 9 сентября вышла статья "Воплощающиеся разумы" профессора биологии Университета Тафтса Майкла Левина, одного из создателей ксеноботов (ксенобот – синтетический организм, который разрабатывается на компьютере для выполнения определённой функции и создаётся путём объединения биологических тканей). В ней сформулирована потрясающая гипотеза:
 
возможно, мозг не создает разум, а является интерфейсом, через который разум воплощается в материи.
 
Левин пришёл к этой идее, изучая довольно странные результаты собственной лаборатории.
 
Ксеноботы создаются из обычных клеток эмбриона лягушки. У клеток не меняют ДНК. Но если освободить их от обычного окружения эмбриона, они собираются в новое многоклеточное существо, начинают самостоятельно двигаться, взаимодействовать друг с другом, заживлять повреждения и при определённых условиях даже воспроизводить себе подобных.
 
Никаких миллионов лет эволюции ксеноботов при этом не существовало. Естественный отбор никогда не учил клетки кожи лягушки быть маленьким плавающим роботом.
 
Есть ещё более странный пример — антроботы, которых получают уже из клеток человеческой трахеи. Клетки сами собираются в подвижные микроскопические организмы. Скопления антроботов закрывали разрыв в слое выращенных человеческих нейронов, восстанавливая ткани. Генетически эти клетки никто не переписывал, эволюция никогда не отбирала человеческие клетки трахеи по способности становиться микророботами.
 
Обычный ответ биологии — "эмерджентность": сложная система приобретает свойства, которых нет у её элементов. Левин предлагает более радикальную модель.
 
Представьте треугольник. Если вы знаете два его угла, значение третьего задаётся самой математической структурой треугольника. Физическая система как будто получает недостающую информацию бесплатно.
 
Левин называет это free lunch — «бесплатным обедом» и полагает, что природа постоянно пользуется такими. Генетика создаёт определённую физическую конструкцию, среда задаёт условия, но возможные формы и способы поведения определяются огромным пространством математических закономерностей, которое существует независимо от нас.
 
Левин называет его Платоновским пространством.
 
В этом пространстве могут существовать не только простые структуры вроде чисел, геометрических отношений или алгоритмов, но и целый континуум паттернов разной сложности и степени агентности — от математической формы до того, что мы называем "разум".
 
Тогда отношение между разумом и телом – примерно такое же, как между математикой и физическим треугольником.
 
Тело не создаёт форму, а дает форме возможность воплотиться в материи.
 
Люди в этой картине — тоже паттерны, получившие физическое воплощение через биологическую конструкцию.
 
Из этого сразу вытекает ещё один вывод.
 
Если биологическое тело является лишь одним из возможных интерфейсов для разума, то у живой материи нет монополии на разум. Искусственно созданный организм, киборг, робот или ИИ принципиально тоже могут оказаться такими интерфейсами.
 
Левин не объявляет, что доказал существование платоновского мира или души – он предлагает исследовательскую программу: создавать всё более необычные биологические, компьютерные и гибридные системы и смотреть, какие способности возникают в них без предварительного отбора, обучения или прямого конструирования. Измерить тот самый "бесплатный обед": насколько у системы сами собой возникают сложные способности, которые не закладывались в систему специально.
 
Если никакого дополнительного источника закономерностей обнаружить не удастся, пишет Левин, гипотезу следует забыть. А если удастся — последствия будут довольно весёлыми.
 
Потому что тогда окажется, что вопрос "может ли машина стать разумной?" поставлен неправильно.
 
Правильный вопрос будет звучать так:
 
Как надо построить машину, чтобы в неё вошел разум?