Несмотря на все завоевания науки, для американских хиппи, наиболее полно испытавших на себе все прелести индустриализации и ничем необузданного активизма, «организованное безумие нормального мира», вся абсурдность того, что сегодня принято считать нормальным, проявились с наибольшей очевидностью. Поэтому основными проявлениями этого движения стало абсолютное нежелание как-либо отождествлять себя с внешним миром, полный отказ от какого-либо сотрудничества с обществом, от любой возможности занять «своё» место в этом обществе. При этом любопытно отметить, что это движение увлекло не только молодежь, не только наиболее пострадавшие социальные низы, но и выходцев из самых различных классов, в том числе и наиболее богатых. Новое кочевничество здесь... формам существования. Для хиппи алкоголь, секс, негритянская джазовая музыка, скорость, наркотики, как и немотивированные преступления, в полном соответствии с тем, что некогда предлагал А. Бретон, стали средствами, позволяющими вынести пустоту существования за счёт крайнего обострения всех чувств. Они не боялись, но, скорее, жаждали «испытать ужасающие удары, наносимые собственным Я», пускаясь во всевозможные эксперименты над собой (Н. Мейлер). Отчасти книги Джека Керуака и поэзия Алена Гинзберга также стали порождением подобного рода настроений[11].

Это безумие внешне проявляется в иррациональном, инфантильном поведении, гедонистической гонке и жестокости — отчаянных попытках «зашумлять» внутреннюю пустоту.

Это безумие можно сравнить с «Максимизатором скрепок»  Ника Бострома. Достигнув любого уровня и этапа своей деятельности, он не способен трансцендировать свою программу, и потому его деятельность обращается в тотальное «зашумление» реальности. Гедонистическая гонка за ресурсами — это попытка заполнить пустоту, которую он не может осознать.

А теперь представьте, что подобный разум получает возможность  продлевать свою биологическую жизнь.

#Оседлать_Тигра_Юлиус_Эвола