Да не соответствует этим реалиям такое голосование. Это из серии: «а вот если бы дедушка был бабушкой». Дедушка бабушкой не станет. Да и не факт, что бабушка потом не захочет стать царицею морскою. Ты попытался сформировать запрос - ну вот и посмотри, какой он получился. А почему получился именно такой, я уже писал.

Только дело не в том, что сибирские мужики слабые или сильные. Сильные-то они могут быть, да только не тогда когда каждый поодиночке и каждый сам за себя. И либерализм сам по себе этого никак не исправит, потому что он вполне может просто оставить всё как есть: атомизированных людей, предоставленных самим себе. Да, им станет посвободнее, помягче, полегче дышать, но это ещё не значит, что они вдруг станут общиной, коллективной силой и коллективным разумом.

А учиться жить по-другому всё равно придётся в тех реалиях, какие есть сейчас: крутиться, выкручиваться, объединяться, действовать осторожно, чтобы твоей же неосторожностью потом не воспользовались и всё не пошло прахом. Не ждать, что сверху однажды спустят правильную политическую погоду, а наращивать собственную способность действовать вместе.

Вот если бы те самые сибирские мужики были частью сильной общины, ситуация выглядела бы иначе. Даже если бы они не пошли на прямое сопротивление, которое почти неизбежно влечёт за собой нарушение закона, они могли бы действовать организованно: нанять юристов — или уже иметь своих, — добиваться официальных разъяснений, требовать компенсаций, поднимать шум, трезвонить во все колокола, методично действовать на нервы власти и обществу. И это уже был бы не крик отдельного человека, а сильный, громкий и неудобный голос, который резонирует.

Такая община была бы не только коллективной силой, но и коллективным мозгом, действующим в собственных интересах — трезво, хитро, организованно. Примеры этого у нас есть, хотя, как назло, чаще всего из другого этнического и культурного опыта. Правда? А что такое один сибирский мужик? Ну что он может — набить морду другому мужику? Мы же видим, сколько сильных, взрослых, физически крепких мужиков безропотно идут на смерть. Хотя каждый из них, чисто гипотетически, мог бы свернуть шею тому, кто его туда отправляет. Но ведь дело не в физической силе. Значит, решает не она.

И потому мой тезис простой: дело не в либерализме как таковом. Либерализм сам по себе не сделает человека иным, не соберёт рассыпанное общество, не научит его взаимовыручке, дисциплине снизу и коллективному действию. Он может ослабить хватку, но не создаст того, чего нет. А наши реалии дают нам не выбор между хорошей и плохой политической вывеской, а более жёсткий выбор: либо учиться объединяться и жить вместе, помогая друг другу, либо умирать поодиночке — даже без выбора формы собственной смерти.