С детства нам объясняют мир словами. Говорят, что огонь — горячий, нож — острый, смерть — страшна, объясняют, «что такое хорошо и что такое плохо». Мы можем годами повторять родительские заветы или школьные правила, не имея ни малейшего представления о том, что они значат лично для нас. Информация, полученная извне, несет в себе лишь половину своей потенциальной ценности.

Вторая половина рождается только тогда, когда мы:

проживаем её телесно и эмоционально (через чувственный и физический опыт);

пропускаем через рефлексию и глубокий самоанализ;

кристаллизуем её в собственных авторских формулировках.

Отсюда и банальное, но точное: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. А иногда — лучше один раз обжечься, чем сто раз прочитать предостережение.

Можно выучить десятки определений «любви», «свободы» или «страха», но пока мы не прошли через собственный опыт, мы лишь воспроизводим информацию, услышанную или прочитанную ранее. И тут возникает вопрос: чего в нас больше — своего, настоящего, или кем-то нарисованного?

Иногда мне встречаются люди, которые разговаривают исключительно готовыми шаблонами. Особенно ярко это проявляется в разговорах о политике. В такие моменты становится не по себе: я пытаюсь понять, человек ли сейчас со мной говорит или обученная телевизором нейросеть, имитирующая коммуникацию?

Для меня именно здесь кроется «абсолютное зло». Естественную модель личности, сформированную опытом — пусть маленькую и сырую, но свою — подменяют суррогатом, выгодным текущей политической повестке. Когда эта повестка или рекламный тренд меняются, старую модель сносят, или она тает, как асфальт весной на наших дорогах. На её месте тут же возводят новую. И так до самой смерти. Страшно представить: человек проживает жизнь, так и не побывав собой.