Поговорим про племена в современной Иордании

Какова их роль? Что значит племенная принадлежность сегодня в Иордании?

Короткий ответ – это важнейшая составляющая национальной идентичности и социальной организации. Хотя большинство иорданцев живут в городах, практически все коренные жители страны арабского происхождения считают себя выходцами из определенного племени [Bin Muhammad, P. 9]. В Иордании гордо подчёркивать своё племенное происхождение. Даже королевская семья Хашимитов любит указывать, что она происходит из курайшитского племени Бану Хашим, основатель и эпоним которого – прадед Пророка Мухаммада.

В границы Иордании входит (или пересекает их) не менее 30 крупных племён (кабиля), разделённых на несколько субплемён или кланов (ашира). Крупнейшие из них – Бану Хасан (800 тыс. человек), Бану Аббад (300 тыс.), Бану Хамида (250 тыс.) и Бану Сахр (200 тыс.). В совокупности на эти четыре племени приходится 13,2% населения, однако эти данные приблизительные. Официальных этнодемографических переписей по племенам в Иордании никто не проводил.

Обычно племенной уклад ассоциируется с кочевым или полукочевым образом жизни, но сегодня его сохраняет лишь небольшая часть племён. Это – бедуины, которых в стране насчитывается 1,5 млн человек, что составляет порядка 13% населения. Но благодаря урбанизации и развитию государственных институтов в XX веке племенное самосознание трансформировалось и стало гораздо более инклюзивным, включая как кочевое (ахл ал-араб), так и оседлое (ахл ал-хадира) население.

Как отмечает дипломат и автор ряда работ по племенной тематике А.Р. Аганин, современные племена Иордании – это не только сообщества, объединённые родственными связями и мифами об общем происхождении и героическом прошлом, но и, в первую очередь, ценностные сообщества, связанные общими нормами поведения, внутренними кодексами поведения и лояльностью к традиционным авторитетам, особенно к наследственной должности шейха [Аганин, с. 56]. Эти коллективные нормы формируют целостную этическую систему, регулирующую социальное взаимодействие и укрепляющую племенную сплочённость (асабия).

Кроме того, племена представляют собой крупные политикосоциальные субъекты. Они обладают собственной структурой лидерства, механизмами внутреннего урегулирования споров, традиционными правовыми нормами и неформальными сетями доступа к власти. Племенные лидеры (шейхи) представляют свои общины на местном и национальном уровнях власти (нередко это являет примеры обычного непотизма), выступают в роли посредников между гражданами и государственным аппаратом и мобилизуют поддержку племени в критические для себя или государства периоды [Shryock, Howell, P. 249]. За это их часто называют «опорой монархии» Хашимитов.

В силу столь значимой роли племён в иорданском обществе, племенное происхождение с неизбежностью стало одной из доминант социальной стратификации. Оно определяет не только ценности индивида, но и его статус, размах его социального капитала, возможностей, политических предпочтений и доступных жизненных траекторий. При этом психология племенной принадлежности регулирует общественные отношения как на уровне символических ценностей, так и в сфере практического распределения ресурсов и возможностей.

Источники:
Аганин А.Р. Племена и кланы Иорданского Хашимитского Королевства. М.: Ин-т Ближнего Востока, 2013. 512 с.
Bin Muhammad G. The Tribes of Jordan at the Beginning of the Twenty-first Century. Amman: Turab, 1999. 82 p.
Shryock A., Howell S. “Ever a Guest in Our House”: The Emir Abdullah, Shaykh Majid al-Adwan, and the Practice of Jordanian House Politics, as Remembered by Umm Sultan, the Widow of Majid // International Journal of Middle East Studies. 2001. Vol. 33, No. 2. P. 247–269.