Крепость Карак. Часть 1: Перипетии истории

Крепость Карак — это больше, чем просто крепость. Возведённая в 1142–1162 годах крестоносным сеньором Пайеном де Милью на руинах древней византийской крепости, она стала крупнейшей в Иерусалимском королевстве (1099–1291 гг.). Во всём регионе Биляд аш-Шам (Левант) крепость уступала размерами лишь трём цитаделям: знаменитой крепости крестоносцев Крак-де-Шевалье близ Хомса, а также цитаделям Алеппо и Дамаска, которые построены мусульманами. Стратегически расположенная на пути хаджа (древнеримской Траяновой дороге) и крутых склонах Вади Карак, с которых в ясную погоду открывается вид на хребты Елеонской горы у стен Иерусалима, крепость Карак неизменно приводила в восторг как мусульман, так и крестоносцев.

Крепость с отвагой отразила множество вражеских атак и осад, оставаясь неприступным бастионом на протяжении пяти столетий. Даже великому завоевателю Салах ад-Дину, который трижды осаждал крепость (в 1183, 1184 и 1188 годах), так и не удалось овладеть ей с помощью одной лишь силы оружия. В 1188 году, находясь в отчаянном положении, осаждённая цитадель сдалась на милость айюбидского султана, который сломил её защитников, перекрыв доступ к источникам воды. Впервые в истории крепость потерпела военное поражение только в 1679 году, когда её штурмовали отряды дамасских янычар под командованием османского бейлербея Осман-паши. Он от лица султана возглавлял поход против непокорных бедуинских кланов, которые отвергли власть Стамбула над Заиорданьем и установили в этом регионе свой контроль.

На протяжении своей блестящей истории крепость Карак не раз переживала поистине удивительные события, которые поражали умы современников и словно предвосхищали будущее. Задолго до появления норм гуманитарного права, правил ведения войны с применением «красных линий» и «non-strike list», Караку довелось на своём опыте узнать, как выглядит «добровольное ограничение зоны ведения боевых действий». Осенью 1184 года Салах ад-Дин осадил крепость во время свадьбы Хамфри IV Торонского и Изабеллы Иерусалимской, сестры короля Балдуина IV. Когда союз двух самых могущественных фамилий в государствах крестоносцев оказался под угрозой, мать невесты, Этьенетта де Мийи, отправила к султану гонцов с просьбой пощадить торжество. В ответ Салах ад-Дин отдал своим войскам приказ не разрушать ту башню, где проходило празднование, сосредоточив атаки на других частях крепости.

Трудно сказать, было ли это проявлением великодушия и благородства, вписанного в кодекс чести великого правителя, который пользовался уважением не только мусульман, но и христиан. Возможно, Салах ад-Дина просто не устоял перед ловким манёвром Этьенетты, которая намеренно играла на его чувствах. По легенде, в своём послании она напомнила ему, как много лет назад он, сам будучи пленником, держал её маленькой девочкой на руках.

Под управлением средневековых мусульманских правителей крепость Карак служила целям, выходящим далеко за пределы чисто военных. Цитадель успела побывать и тюрьмой, и убежищем для изгнанников, и тренировочным лагерем. Эмир Ибн Захир Бейбарс перед тем, как взойти на трон мамлюкским султаном в 1260 году, провёл здесь несколько лет в изгнании. Султан ан-Насир ибн Калаун неоднократно искал в крепости укрытия в череде своих опал, пришедшихся на конец 1290-х – начало 1310-х годов. Впоследствии султан направлял сюда своих сыновей, чтобы они усваивали уроки жизни и овладевали военным искусством под руководством суровых бедуинских наставников. Ещё со времён Айюбидов в крепости Карак тренировали пленных черкесов и тюрок, выковывая из них мамлюков — верных рабов и искусных кавалеристов.

Крепость выполняла порой и вовсе неожиданные функции. Историк аль-Макризи сообщает, что правитель Алеппо и Дамаска Ан-Насир Юсуф переселил сюда свой гарем накануне монгольского нашествия в 1259 году. Этот оригинальный поступок сегодня не только вызывает улыбку, но и заставляет взглянуть на Карак под иным углом — суровая военная твердыня казалась настолько надёжным укрытием, что приютить в ней султанских жён было самым естественным решением.