- Это странное начало диалога.
- ...зеленый чай может привести к болезням нервов, как и раскаяние в преступлении прошлого или даже визит прекрасной незна...
- Мы пожалеем о записке про Ле Фаню. Я заварю черного чаю.
КАРМИЛЛА // CARMILLA
Джозеф Шеридан Ле Фаню// Joseph Sheridan Le Fanu
ИЗДАТЕЛЬСТВО: МИФ
Сама того не ведая, я страдала от самой загадочной из известных людей болезней, и уже в довольно запущенной форме.
ПРИМЕЧАНИЕ ВЫПУСКАЮЩЕГО РЕДАКТОРА: ты ходишь по тонкому льду.
Начнем с очевидного: Кармилла - это небольшой рассказ, который не получится продавать под видом целой книги. Поэтому издательство "МИФ" в одноименную книгу добавило еще два рассказа, связанных между собой, отчасти, темой и фигурой врача Мартина Хесселиуса.
Первый из них - "Зеленый чай" - в весьма интересной форме описывает то, что более современный человек мог бы принять за некое подобие депрессии, в то время как второй - "Давний знакомый" - показывает, до каких кошмаров может довести человека его собственная беспокойная совесть. Рассказы эти - еще меньшие, чем "Кармилла" по объему - представляют собой достаточно классический образчик готического рассказа, который, к счастью или сожалению, успел избавиться от нужды в древних замках или пугающих доспехах, плавно вводя ужасное и необъяснимое в более привычный для читателя (эпохи написания рассказа, конечно) быт.
Не вдаваясь в малозначимые детали, отмечу только. что рассказы эти на данный момент могут рассматриваться как хрестоматийный пример жанра, но не более того. Человеку, который готику знает хорошо или, более того, от готики скучает, они вряд ли дадут что-то новое.
Итак, мы имеем два рассказа, посвященные душевному нездоровью, третий же - "Кармилла"...
Если первый рассказ был про своеобразную манифестацию депрессии, а второй про чувство вины...
ПРИМЕЧАНИЕ ВЫПУСКАЮЩЕГО РЕДАКТОРА: ты сейчас скажешь, что и "Кармилла" про болезнь духа? Ты ходишь по ох*ительно тонкому льду....
А вот нет! "Кармилла" - прекрасный образчик до-Стокеровских представлений о вампирах, более свободных от некоего стройного представления, знакомого многим читателям или зрителям, и этим она очаровывает. Говоря же про иную сторону вопроса, я лишь замечу, что современный читатель вряд ли найдет что-то захватывающее в истории несчастной юной леди, терзаемую кровожадной бессмертной графиней.
Поэтому не могу рекомендовать современному искушенному читателю в целях иных, кроме как просветительских.
До сих пор Кармилла всплывает у меня перед глазами в разном своем обличье: то она веселая томная красавица, то страшный призрак на развалинах часовни. И до сих пор временами за дверью гостиной мне мерещатся ее легкие шаги.