Долго и несчастливо. Хотим ли мы жить до 120 лет?

Я часто думаю об этом, когда читаю очередную статью про лонжевити.

Биохакинг. Протоколы Брайана Джонсона. Плазма молодых доноров. Криокамеры. Анализ телломер. Стволовые клетки. Идея дожить до 120, до 150, до бесконечности — и желательно с лицом тридцатилетнего.

Это индустрия в десятки миллиардов долларов. Это новая религия Кремниевой долины. Это разговоры в самых дорогих ресторанах мира.

И параллельно — другие новости.
В развитых странах эпидемия одиночества. Каждый третий взрослый американец в 2024 году заявил, что у него нет ни одного близкого друга. В Японии есть отдельная государственная программа борьбы с одинокой смертью — кодокуси — когда люди умирают в своих квартирах и их находят через недели или месяцы. В Великобритании в 2018 году появилось министерство одиночества. В России разводы достигли 80 процентов от количества браков в крупных городах.

Дети. Рождаемость падает почти везде в развитом мире. Южная Корея — 0,72 ребёнка на женщину. Италия, Япония, Германия — ниже двух. Через тридцать лет половина населения этих стран будет старше шестидесяти — и значительная часть из них не будет иметь ни детей, ни внуков.

Секс (да, и такое слово может быть на странице о карьере). Опросы показывают, что молодые люди в США, Японии, Великобритании занимаются сексом значительно реже, чем их родители в том же возрасте. Это уже отдельный социологический феномен.

Алкоголь. Потребление снижается во всех развитых странах. Это считается победой здравоохранения. Но когда я читаю эти отчёты, я думаю не только про спасённые печени. Я думаю про то, что алкоголь — это, среди прочего, способ собраться вместе. Снять напряжение в компании. Раскрыться. Без него мы идём не только к более здоровому, но и к более одинокому миру.

И вот в этой реальности нам обещают сто двадцать лет.

Сто двадцать лет — без партнёра, потому что отношения трудные. Без детей, потому что они мешают карьере и self-actualization. Без друзей, потому что у всех плотный график. Без вечеринок, потому что алкоголь — это плохо. Без секса, потому что приложения отбили желание встречаться. Зато с идеальными показателями крови и плоским животом.

Я не призываю пить, рожать против воли и забыть про здоровье. Это была бы глупость и регресс.

Я задаю себе и вам один вопрос.
Если за дополнительные двадцать-тридцать лет жизни мы платим тем, что эти годы оказываются пустыми — стоит ли их выгадывать любой ценой?

Иногда мне кажется, что вся индустрия лонжевити отвечает не на вопрос «как жить дольше». А на вопрос «как откладывать решение о том, как жить вообще».
И вот это уже совсем другая история.

Софья Беляндинова