«Я только начал работать в BCG. Первый месяц. Я был молодым консультантом и отчаянно хотел хорошо себя проявить.
Мы готовили презентацию для клиента.

В пятницу вечером менеджер сказал: — Нам нужно встретиться в воскресенье, чтобы всё собрать.

Я ответил: — Простите, но я не работаю по воскресеньям.

Он удивился: — Почему?

Я сказал, что это религиозный принцип. Воскресенье — день, который я посвящаю семье и вере.

Он нахмурился и сказал: — Ладно. Тогда встретимся в субботу.

Я ответил: — Я не работаю и по субботам. Я пообещал жене, что выходные — её время.

Теперь он уже был раздражён: — Послушайте, это же важный проект. Иногда приходится делать исключения.

И вот здесь произошёл момент, который я запомнил на всю жизнь.

Я сказал ему примерно так:
«Я пришёл на эту землю не для того, чтобы делать партнёров BCG богаче. Я пришёл, чтобы прожить жизнь в соответствии с тем, что считаю правильным».

Я объяснил ему свою логику.
Если я однажды соглашусь поработать в выходной — всего один раз — это будет началом траектории. Потому что всегда будут срочные проекты. Всегда будут важные клиенты. Всегда будет причина сделать исключение.

И постепенно я начну жить жизнью, которую не собирался вести.

Я называю это реализацией стратегии, которую ты не выбирал.
Гораздо легче держать принцип 100% времени, чем 98%. Потому что 98% — это постоянные переговоры с самим собой.
Менеджер был недоволен. Но в итоге команда перенесла работу на пятницу. И проект состоялся.

Прошли годы, и я понял: это решение было одним из самых важных в моей жизни. Потому что если бы я тогда уступил, я почти наверняка стал бы человеком, который постоянно работает и оправдывает это важностью задач.

А я хотел быть человеком, который сначала принадлежит своей семье и своим ценностям — и уже потом работе.»

— эту историю рассказал легендарный Клейтон Кристенсен — профессор Harvard Business School и автор The Innovator’s Dilemma, человек, который ввёл в стратегический язык понятие disruptive innovation, концепцию Jobs to Be Done, предсказал цифровую трансформацию образования и здравоохранения, при этом оставался религиозным мыслителем и преподавателем.

Его идеи сформировали логику стартап-экономики и технологической конкуренции XXI века, а личный аскетизм и принципиальность (включая отказ работать по выходным) сделали его стратегом, соединившим бизнес-теорию и этику выбора.

Софья Беляндинова