Аналитики JPMorgan предупреждают, что главный экономический эффект войны с Ираном мир почувствует в ближайшие недели, когда накопится реальный разрыв по нефти и газу, а центробанки поймут, что старые планы по снижению ставок больше не работают.

По оценкам сырьевых стратегов банка, если конфликт затянется и будет усилена блокада в Ормузском проливе или затронута инфраструктура вроде терминала на острове Харк, потери могут превысить 4 млн баррелей в день — это прямой путь к более чем 120–150 долларам за баррель и новой волне глобальной инфляции.

ЕЦБ и Банк Англии уже дают понять, что вместо обсуждения скорых послаблений им, возможно, придётся возвращаться к жёсткой линии.

В США ситуация чуть мягче, но всплеск цен на бензин и авиакеросин тоже поднимает риски «второй волны» инфляции, и любые разговоры о серии снижений ставки ФРС в 2026‑м уже выглядят куда менее реалистично.

Масштаб шока для экономики будет сильно зависеть от сценария развития конфликта и поведения энергетического сектора. В базовом варианте, который пока считают наиболее вероятным, речь идёт о долгом периоде повышенных цен и небольшой просадке мирового спроса на нефть, то есть о медленном выдавливании роста и потребления, особенно в Европе и у импортёров в Азии.

В результате иранский кризис превращается в точку перегиба для всей «постковидной антиинфляционной стратегии Запада». Несколько лет центробанки и правительства пытались аккуратно «приземлить» экономику после эпохи дешёвых денег, не угробив рост и занятость; теперь им предлагают тот же трюк, но уже с переменной в виде нефти по трёхзначным ценам и новой волной политического недовольства из‑за счетов за топливо.

@econopocalypse