Книги августа

Методом анализа моих альбомов, куда я складываю фотографии обложек книг, которые я прочитала, я выяснила, что летом всегда читаю мало. Точнее так, я одновременно читаю сразу много, но ничего не дочитываю.

Этим летом в разной степени дочитанности у меня было 7 книг на двух языках.

В августе я вроде бы прервала эту цепочку и наконец-то дочитала четыре чудесные работы.

1. мой любимый, смешной, искренний Фредрик Бакман.
Мне кажется, если бы я была книгой — я была бы каким-то из романов Бакмана. Суетливый, смешной, иногда нелепый, ранимый, сочувствующий, рефлексирующий и иногда ужасно трагичный.
Первый раз читала его на английском, юмор никуда не делся, все еще смешно и местами слезливо. Роман My Friends. На озоне есть на русском, и, если бы я это знала, я бы не выпендривалась и читала на русском.

2. у меня есть любимый вопрос, который я стала часто задавать знакомым и друзьям — «Случился апокалипсис, и вы можете взять с собой в новую жизнь, только один фильм, одну книгу и одну песню. Что бы вы взяли с собой?». Один чудесный человек назвал «Уважаемый господин Дурак» Сюсаку Эндо. А второй чудесный человек подтвердил эту рекомендацию. Что ж... дальше я моргнула и книга была уже у меня. Прочитана за 4 прекрасных часа. Легкая и глубокая, а еще очень мудрая.

3. Без бизнес-литературы не обошлось. Пока учебник Ричарда Румельта по стратегии читается уже пятый месяц, «Пять пороков команды» прочитались за пару поездок в метро. Я давно опираюсь на эту концепцию, но книжку прочитать внимательно, а не по диагонали кникак не могла. Концепция хорошая! Брать в работу нужно! Упражнения в конце книги тоже толковые, можно пробовать в практие.

В следующем месяце надеюсь все-таки написать в подобном посте, что я НАКОНЕЦ осилила Румельта и его «Хорошую стратегию. Плохую стратегию».

4. Был еще прослушан Евгений Водолазкин «Чагин». Тут я пережила все стадии, потому что в начале похоже на Гоголя и его маленького человека. Потом это что-то затянутое и тяжелое, а в последней части там столько любви и нежности... Так и человек как будто постепенно раскрывается, когда ты приближаешься к нему все ближе, и он начинает поведывать тебе свои истории.